Сожалею о тебе стр. 138
думала, что превращусь в одну из таких дочерей.
– Мне кажется, что ты сама виновата. Сегодня ты была не жертвой, а провокатором.
– У тебя плохая память. – Я вырываюсь из объятий. – Напоминаю, это у мамы была интрижка с Джонасом. Вот ее и вини.
Миллер садится в пикап. Я встаю так, чтобы дверь машины нельзя было захлопнуть. Он откидывает голову на сиденье.
– Я еду домой.
– Тогда я с тобой.
– Мне хочется побыть одному. – Парень неохотно поднимает голову и бросает на меня косой взгляд.
Я не собираюсь умолять. И так получила на сегодня достаточную порцию унижения.
– Тебе же хуже. – Я отхожу, чтобы он смог
закрыть дверцу.
Миллер заводит мотор, но опускает стекло и говорит напоследок:
– Увидимся завтра в школе. – В его голосе больше нет резких ноток, но от этого легче не становится. Он оставляет меня одну в мой праздник. Понимаю, ужин был настоящей катастрофой, но такова теперь вся моя жизнь. Ничего необычного.
Я разворачиваюсь и бреду к дому.
– Клара.
Как же достали перемены в его настроении.
Я возвращаюсь.
– Знаешь что? Меня тоже это не устраивает. Мне не нужен бойфренд, который заставляет меня чувствовать себя полным ничтожеством, когда мне и так уже плохо. Я не собираюсь больше с тобой встречаться. Это я тебя бросаю. – Я уже поворачиваюсь, но понимаю, что еще не все сказала, поэтому продолжаю: – Мать и Джонас выказали неуважение к двоим самым важным людям в моей жизни. И тем самым плюнули мне в душу. А я должна просто притвориться, что не имею ничего против? Ты такую девушку хочешь? Которая просто сдается и позволяет другим глумиться над ней?
– Иногда нужно перестать спорить, чтобы победить, – спокойно произносит Миллер, опираясь на руль.
Его слова приводят меня в бешенство. Я в ярости топаю ногой.
– Ты не можешь бросить меня, цитируя при этом мою собственную погибшую тетю!
– Я этого и не делаю. И тем более я повторял твою фразу.
– Кого бы ты ни цитировал, хватит! Это… это некрасиво.
Если мне не мерещится, Миллер кажется веселым.
– Я уезжаю.
– Отлично!
Глядя через плечо, он начинает задом выезжать на дорогу. Я же стою, смущенная нашей перепалкой. Сама не понимаю, что сейчас произошло.
– Мы расстались? Мне сложно сказать наверняка!
– Нет. – Миллер нажимает на тормоз и выглядывает из окна. – Просто поссорились.
– Ну и замечательно!
И снова мне кажется, что ситуация его забавляет. Как же хочется стереть эту ухмылку с его лица, но парень уже газует. Когда машина скрывается за углом, я иду в дом. Мать стоит в гостиной с телефоном в руке, слушая голосовое сообщение по громкой связи. Я улавливаю концовку.
– …и она не уведомила о пропуске занятий, поэтому мы хотели проинформировать, что потребуется записка от вас, по какой причине Клара отсутствовала на уроках во второй половине дня…
Мать нажимает на отбой на середине фразы.
– Ты пропустила сегодня школу?
– Всего-то три урока, – закатываю я глаза, протискиваясь мимо нее. – Не могла больше сидеть в четырех стенах, просто задыхалась, нужно было выйти на свежий воздух. И мне до сих пор нечем дышать. – Я захлопываю за собой дверь, и слезы начинают течь еще до того, как я падаю на кровать.
Хватаю новый телефон и звоню