Сожалею о тебе стр. 166
над его нетерпением попробовать новую еду.
Сейчас племянник играет в манеже, установленном для него отцом на полу гостиной.
Мы же с Джонасом устраиваемся на диване. Он опирается на подлокотник, вытянув ноги, я же удобно лежу на его груди. Мы оба смотрим, как Элайджа резвится.
Левой рукой возлюбленный обхватывает меня за талию и периодически целует в висок, пока мы разговариваем. Чем чаще он так делает, тем больше я привыкаю к этому жесту и испытываю все меньше и меньше вины. Нужно продолжать, пока я совсем не перестану ее ощущать. Хотя мне кажется, на это уйдет не меньше пары месяцев.
Погрузившись в раздумья,
я вздыхаю, и Джонас совершенно естественно интересуется:
– Что-то не так?
– Полагаю, я просто слишком много беспокоюсь. Переживаю, что предательство Криса и Дженни никогда не позволит нам полностью доверять друг другу.
– А я вот совершенно не переживаю на этот счет, – с полной уверенностью заявляет он.
– Но почему?
– Потому что раньше мы никогда не встречались с тем, кто был предназначен нам судьбой.
Я запрокидываю голову, чтобы видеть его лицо, а потом целую, благодаря за эти слова.
Джонас проводит большим пальцем по моим губам и рассматривает меня с умиротворенным выражением. Мне кажется, я никогда раньше не видела у него подобного взгляда. Он так долго боролся с самим собой, и теперь, когда сопротивляться больше не нужно, покой ясно читается во всех его чертах.
– У нас все будет хорошо, Морган. И даже лучше, чем просто хорошо, обещаю.
Заслышав, как щелкает замок, мы немедленно реагируем: я сажусь прямо, Джонас высвобождает из-под меня ноги. Мы не ждали Клару по крайней мере еще час или два.
Она застывает на пороге, окидывая нас внимательным взглядом. Затем закрывает дверь.
– Можно больше не притворяться. – Она бросает сумочку и проходит в комнату, потом опускается рядом с Элайджей.
Джонас растерянно смотрит на меня, молча спрашивая, следует ли ему уйти. Дочь перехватывает направленный на меня взор, тянется к ребенку и поднимает его на руки, устраиваясь на диване рядом с нами.
– Останьтесь, – просит она Джонаса, не сводя с него глаз. – Мне хочется поиграть с малышом.
Мы с Джонасом наблюдаем за Кларой, не произнося ни слова. Мы оба не знаем, чего ожидать. Прошлым вечером у нас установились хорошие отношения, но мы еще не обсудили с Кларой мои встречи с другим мужчиной.
Она тем временем прижимает к себе мальчика, пытаясь заставить его повторять за ней звуки.
– Он уже начал говорить? – интересуется дочь.
– Пока нет. Это случится не раньше чем через несколько месяцев.
Она опускает голову к Элайдже и возвращается к своему занятию.
– Можешь сказать «папа»?
Племянник ударяет ее ножкой в живот и принимается раскачиваться у нее на руках, бессмысленно агукая. Затем, ко всеобщему изумлению, он вторит за Кларой, произнеся слово так четко, что мы все неподвижно застываем, не веря своим ушам.
– Он что, сейчас сказал?.. – спрашивает Джонас.
– Мне кажется, да, – кивает дочь.
Гордый отец садится ближе к ней и наклоняется над сыном. Тот еще слишком мал, чтобы осознанно повторять звуки, но я тоже придвигаюсь, на случай если это снова произойдет.
Клара повторяет то же слово снова и снова, пытаясь заставить Элайджу подражать ей. Но он только смеется