Сожалею о тебе стр. 56
надо записывать меня под фальшивым именем. Не хочу притворяться Джейсоном или твоей сестрой в кинотеатре. Позвони мне, когда я смогу быть просто Кларой.
Появляются точки набираемого сообщения. Потом пропадают.
Ответ я так и не получаю.
Сделав скриншот переписки, я удаляю его номер из контактов.
Глава девятая
МорганЯ едва успеваю задремать, как раздается громкий и настойчивый стук в дверь, от которого я испуганно подскакиваю. Затем тянусь, чтобы разбудить Криса.
Но его сторона кровати пуста.
Интересно, когда это прекратится? Прошло почти две недели с их смерти, но я уже минимум пять раз хотела позвонить мужу или Дженни. Это происходит почти автоматически, поэтому я просто забываю остановиться. Но затем осознание накатывает с двойной силой.
Опять стучат. Я поворачиваю голову в сторону шума. Сердце начинает колотиться как сумасшедшее, потому что на этот раз мне придется разбираться со всем самостоятельно. Когда нас беспокоили посреди ночи, то с проблемами имел дело Крис.
Я накидываю халат и торопливо выхожу из спальни, чтобы следующий удар не разбудил Клару. Молотят так настойчиво, что меня охватывает злость. Надеюсь, это не миссис Неттл, желающая предъявить очередное обвинение. Она как-то разбудила нас в два часа ночи, чтобы пожаловаться на белку, кричащую на нашем дереве.
Я включаю свет на крыльце и смотрю в глазок. К счастью, это не наша вздорная соседка, а всего лишь Джонас. Одежда у него в полном беспорядке, а к груди прижат Элайджа. Однако облегчение сменяется беспокойством, когда я понимаю: он никогда раньше не являлся в такое время. Должно быть, с племянником что-то случилось.
– Что не так? – выпаливаю я, распахивая дверь.
– Все! – Джонас яростно встряхивает головой и протискивается мимо меня в гостиную.
– У малыша температура? – Я закрываю дверь и спешу вслед за гостем.
– Нет, с ним все в порядке.
– Но ты только что сказал… – в недоумении хмурюсь я.
– С ним все хорошо. А вот со мной – нет! – с этими словами Джонас вручает мне Элайджу, и я немедленно щупаю лобик ребенка, чтобы убедиться в отсутствии жара. Потом осматриваю мальчика в поисках высыпаний. Не могу придумать, почему его отец мог привезти малыша сюда в такой поздний час. – Я же сказал, что он в норме, – повторяет нежданный визитер. – Элайджа – идеальный, счастливый, сытый младенец, а я… – Он качает головой и, едва переставляя ноги, бредет обратно к выходу без сына. – С меня хватит. Я так больше не могу.
Меня накрывает отчаянье. Я нагоняю Джонаса и спиной захлопываю перед ним дверь.
– Что ты имеешь в виду?
Он делает шаг назад и отворачивается. Затем сцепляет руки в замок и кладет на затылок. Я начинаю понимать: то, что я приняла за страх, оказалось опустошением. Мужчине передо мной даже не нужно рассказывать, почему он так расстроен. Я уже знаю.
Он снова поворачивается ко мне и смотрит прямо в лицо. Его глаза полны страдания и слез. Джонас указывает на Элайджу.
– Сегодня он в первый раз мне улыбнулся. – После этих слов следует длинная пауза, будто следующую фразу слишком болезненно произносить. – Элайджа… мой сын… у него улыбка Криса, черт возьми!
О, нет! Я изо всех мотаю головой, физически чувствуя его боль.
– Джонас… – Я слышу, как дверь в спальню дочери