Сожалею о тебе стр. 74
сильнее. Мы выходим из «Старбакса», держась за руки. Он направляется к машине и распахивает передо мной пассажирскую дверцу. Когда я забираюсь внутрь, Адамс захлопывает ее и обходит автомобиль, чтобы занять свое место.
Даже не знаю, почему я так волнуюсь. Скорее всего, меня накрывает осознание реальности происходящего. Я и Миллер. Миллер и я. Интересно, как будут называть нашу пару? Клиллер? Миллара?
Фу, обе версии звучат просто ужасно.
– Что означает твоя гримаса? – интересуется парень, закрывая за собой дверь.
– Какая гримаса?
– Вот эта самая, – он указывает круговым движением на мое лицо.
– Ничего, – с нервным смешком отвечаю я. – Просто сильно забегаю вперед.
Миллер берет меня за руку и притягивает к себе ближе. Мы встречаемся на середине сиденья. Именно это мне так нравится в старых пикапах: длинное кресло не имеет перегородок между водителем и пассажиром. Теперь мы сидим даже ближе, чем на диванчике для влюбленных. Лица друг напротив друга, тела практически соприкасаются. Его рука покоится на внешней стороне моего бедра. А мне вдруг становится интересно – вкус какого леденца я сейчас почувствую?
– Что значит, ты забегаешь вперед? Уже жалеешь о поцелуе?
– Нет, – я искренне смеюсь, потому что это уж точно последняя вещь, из-за которой я могу раскаяться. – Просто размышляла, как отвратительно будет звучать наше совместное прозвище.
– А, ну пожалуй, – на его лице написано облегчение. – Это и в самом деле ужасно.
– Какое у тебя второе имя?
– Джеремайя. А у тебя?
– Самое обычное. Николь.
– Да уж, проще некуда.
– На себя посмотри, умник, – улыбаюсь я.
– Джереколь? – после минутного размышления выдает парень.
– Отстой! – Я начинаю перебирать варианты, как тут меня осеняет, до чего странным выглядит происходящее. Я лишь на секунду чмокнула Миллера, а он и вообще только что расстался с девушкой, а мы уже начали выбирать псевдонимы для нашей пары. Я хотела бы погрузиться в эти отношения, но правда в том, что он наверняка еще и сам не успел разобраться, куда приведет сегодняшнее свидание. И хочет ли он вообще со мной встречаться.
– О, снова эта гримаса, – комментирует Адамс.
Я вздыхаю и отвожу взор. Затем смотрю вниз и беру его ладонь в свою.
– Прости. Я только… – На секунду я замолкаю, затем с усилием поднимаю взгляд обратно на него. – Ты уверен насчет нас? В смысле, ты же только на днях расстался с Шелби. Я не хочу ничего начинать, если через неделю ты захочешь вернуться к прежней жизни.
После моих слов в пикапе воцаряется тишина. Она затягивается так надолго, что становится не по себе. Мы до сих пор держимся за руки, а Миллер продолжает поглаживать меня по ноге. Затем он тяжело вздыхает. Тяжелее, чем бы хотелось. Наверняка это дурной знак.
– Помнишь, ты велела мне разобраться в желаниях?
Я киваю.
– Именно тогда я и порвал с Шелби. А не вчера и не сегодня. Это произошло несколько недель назад. А если совсем честно, то я знал, чего хочу давным-давно. Просто не желал ранить подругу.
Он больше ничего не сказал. Но за Миллера говорит его взгляд. В нем читается такая беспредельная искренность, что замирает сердце. Его ладонь скользит с бедра мне на локоть, затем медленно поднимается по шее и замирает на щеке.
Я прерывисто втягиваю