Библиотека

Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 952

Размер шрифта
-
+
Тема

этот раз ты ошибаешься!

Она ушла прочь от меня, моя сумасшедшая русалка, налево в черные воды. Через некоторое время она вернулась.

— Хорошо, — сказала она, улыбаясь и стряхивая струйки воды с волос. — Может быть, ты и прав.

Я поймал ее за ногу и потянул к себе.

— Прекрати!

— Я верю тебе, Кассандра! На самом деле! Слышишь? Я в самом деле верю тебе! Ты всегда…

— А ты всегда был противным, хитрым калликанзаридом.

Я думаю, что здесь самое подходящее время закончить свой рассказ…

1715000466_6638d492176d4.webp

1715000466_6638d49238aa0.webp

1

— Ты из калликанзаридов, — неожиданно сказала она.

Я повернулся на левый бок и улыбнулся в темноте.

— Свои лапы и рога я оставил в Управлении…

— Так ты слышал это предание!

— Моя фамилия — Номикос! — Я повернулся к ней.

— На этот раз ты намерен уничтожить весь мир? — спросила она.

— Об этом стоит подумать, — я рассмеялся и прижал ее к себе. — Если именно таким образом Земля погибнет…

— Ты ведь знаешь, что в жилах людей, родившихся здесь на Рождество, течет кровь калликанзаридов, — сказала она, — а ты как-то говорил мне, что твой день рождения…

— Все именно так!

Меня поразило то, что она совсем не шутит. Зная о том, что время от времени случается в древних местах, можно без особых на то усилий поверить в разные легенды, вроде тех, согласно которым похожие на древнегреческого бога Пана эльфы собираются каждую весну вместе, чтобы провести десять дней, подпиливая Дерево Жизни, и исчезают в самый последний момент с первыми ударами пасхального перезвона колоколов.

У меня не было обыкновения обсуждать с Кассандрой вопросы религии, политики или эгейского фольклора в постели, но, поскольку я родился именно в этой местности, многое все еще оставалось в моей памяти.

Через некоторое время я пояснил:

— Давным-давно, когда я был мальчишкой, другие сорванцы поддразнивали меня, называя «Константином Калликанзарос». Когда я подрос и стал уродливее, они перестали это делать. Во всяком случае, в моем присутствии…

— Константин? Это твое имя? Я думала…

— Теперь оно Конрад! Забудь о моем старом имени!

— Оно мне нравится. Мне бы хотелось называть тебя Константином, а не Конрадом.

— Если это тебе доставит удовольствие…

Я выглянул в окно. Ночь стояла холодная, туманная, влажная, как обычно в этой местности.

— Специальный уполномоченный по вопросам искусств, охраны памятников и архива планеты Земля вряд ли станет рубить Дерево Жизни, — пробурчал я.

— Мой Калликанзарос, — отозвалась она поспешно, — я не говорила этого. Просто с каждым днем, с каждым годом все меньше становится колокольного звона. У меня предчувствие, что ты каким-то образом изменишь положение вещей. Может быть…

— Ты заблуждаешься, Кассандра.

— Мне и страшно, и холодно…

Она была прекрасна даже в темноте, и я долго держал ее в своих объятиях, чтобы прекратить ее болтовню, чтобы прикрыть ее от тумана и студеной росы…

Пытаясь восстановить события этих последних шести месяцев, я теперь понимаю, что, пока мы стремились окружить стеной страсти наш октябрь и остров Кос, Земля уже оказалась в руках тех сил, которые уничтожают все октябри. Возникнув извне, силы окончательного разрушения медленно шествовали среди руин, обезличенные и отвратительные. В Порт-о-Пренсе приземлился Корт Миштиго, привезя в допотопном «Планетобусе-9», наряду с другими грузами, рубашки и башмаки, нижнее белье, носки, отборные вина, медикаменты и свежие магнитные

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.