Спи со мной. Грёзы стр. 46
никогда не пью до завтрака».
Обреченно следую к бару за Зейном. Что за невыносимый человек! Вероятно, дело в том, что он и не человек вовсе… Стоит нам сесть, как из неприметной двери откуда-то слева выходит статный мужчина в черном фраке и белой сорочке с такой же белой бабочкой и накрахмаленной манишкой. Из нижнего жилетного кармана выглядывает золотая цепочка карманных часов.
– Зейн, рад, что ты почтил наше скромное заведение своим присутствием. – Он кивком приветствует джинна и, не мигая, смотрит мне в глаза. – Будь добр, представь меня даме.
Зейн усмехается, но выполняет просьбу:
– Ли, счастлив познакомить тебя с моим старым другом – Владом III Басарабом из Валахии. Влад, это Ли Хансен – единственная женщина, которая из раза в раз говорит мне «нет».
Мог бы сказать, что я фотограф или хотя бы дочь джинна. «Женщина, которая меня отвергает» – что это вообще за характеристика? Мне хочется возмутиться, но я предусмотрительно молчу. Внутренний голос иронично добавляет: «Как и подобает даме».
– Вы, определенно, довольно умны. Стоит довериться этому донжуану, и он разобьет вам сердце. – Влад галантно касается моей руки холодными губами, и я вздрагиваю. – Приятно познакомиться.
– Взаимно, – вежливо отвечаю и бросаю косой взгляд в сторону Зейна, который посмеивается, слушая наш диалог.
Снова повернувшись к Владу, замечаю на его подбородке красное пятнышко. Проследив за моим взглядом, он достает из нагрудного кармана аккуратно сложенный носовой платок и, намочив уголок, промакивает испачканную кожу.
– Прошу прощения. Порезался, когда брился, – невозмутимо поясняет Влад и убирает платок обратно. – Что будете пить?
– Воду, – недолго думая, говорю я.
– Джин-тоник, – одновременно со мной произносит Зейн.
– Джинн, который предпочитает джин? Очередная шутка? – спрашиваю с нескрываемым сарказмом.
– Все предельно серьезно. – Ухмыляется он. – Тебе, кстати, тоже советую. Как говорил Черчилль, «джин с тоником спасли больше жизней и разумов англичан, чем все врачи империи». Тем более, сколько бы ты ни выпила, похмелья не будет.
– Какое счастье, что я не англичанка, – парирую я. – Благодарю, но сегодня я пас.
Зейн пожимает плечами, а Влад уверенно принимается делать коктейль. Его движения отточены до совершенства, и это вносит в происходящее еще больше абсурда. Персонаж, будто бы сошедший со страниц Брэма Стокера, ловко открывает сияющие в свете неона бутылки. Красиво до одурения и ровно настолько же безумно. Но я здесь не за тем, чтобы наблюдать за барменом из девятнадцатого века. Поворачиваюсь к Зейну.
– Ну так что? Почему я не осознала, что сплю, и как оказалась во сне в обход точки входа?
– «Точка входа»? Вот как ты это называешь… – Джинн поднимает бровь. – Впрочем, неважно. Помнишь мой маленький сувенир из Неаполя?
В памяти тут же вспыхивает хохочущий паяц и фокус с картой Таро.
– Допустим…
– Я дал тебе не просто аркан, а своего рода якорь, который позволяет мне чувствовать, когда ты засыпаешь. Хотел наведаться в гости, но ты меня опередила.
Зейн подмигивает, и я вспоминаю, как самонадеянно ворвалась в его сон. Знала же, что не стоит соглашаться на приглашение Олава и идти в тот ресторан… Останься я тогда в отеле, и ничего этого бы не произошло. Вот только я сама не уверена, что изменила бы прошлое, даже если бы могла.
– Дальше все просто. Я отследил момент, когда ты задремала, и перехватил до того, как ты оказалась…