Спи со мной. Грёзы стр. 69
ли сумасшедшим, то ли гениальным автором. Поэтому я все еще лежу на бетонном полу, пытаясь пошевелить пальцами и постепенно вернуть подвижность парализованному телу, а одетый в кожаные штаны с принтом под зебру и бирюзовый плащ Зейн расслабленно смотрит по сторонам.
– Джинн… – бормочет Асаф, и его взгляд становится плотоядным.
Я не замечаю, как это происходит, но в следующее мгновение Зейн держит Асафа за горло, прижав к стене. От гипертрофированной игривости не осталось и следа. Парадоксально, но даже странный наряд не может обмануть ни Асафа, ни меня: Зейн очень зол и не менее опасен.
– Я-то джинн. – Он облизывает сухие губы. – А ты кто такой?
– Мое имя – Асаф, – хрипит этот псих, жадно разглядывая Зейна. – И ваше племя мне задолжало.
Он с нечеловеческой силой толкает Зейна в грудь, и тот отлетает к противоположной стене. Прежде чем джинн успевает встать, пол, подобно зыбучим пескам, засасывает ступни, поднимается выше, с аппетитом живого существа проглатывает черные полоски на белой ткани. Асаф в это время подкрадывается к Зейну, как хищник к добыче. Когда между ними остается не больше метра, джинн поднимает руки вверх и с диким криком бьет кулаками по полу, заставляя скотобойню дрожать и сотрясаться. Туша свиньи хрюкает в последний раз и превращается в пыль, та же участь постигает конвейер, щипцы и остальные инструменты. Пока Асаф завороженно смотрит на это, появившиеся из ниоткуда лианы стремятся опутать его и обездвижить, а вырастающие из бетона тропические растения скрывают меня в соцветиях гигантских трехметровых орхидей и красно-желтых геликоний с летающими вокруг колибри.
Зейн выходит из зарослей, внимательно глядя на Асафа.
– О каких долгах ты говоришь, сын шакала?
Асаф щелкает пальцами, и лианы падают на землю, позволяя ему сделать несколько шагов навстречу Зейну. Он ступает так мягко, как если бы пробовал сон на прочность.
– Однажды я загадал желание. – Асаф делает короткую паузу. – Получить силу джинна. Однако джинн обманул меня. Он дал мне силу,
но она иссякла раньше, чем…
Он не заканчивает фразу. Его взгляд становится жестче, и я ощущаю, как по коже бегут мурашки.
– Но я знаю, что нужно делать. Рано или поздно я получу свое.
С ужасом осознаю, что он совершенно ненормальный, одержимый то ли местью, то ли какой-то безумной идеей. Словно в подтверждение этой мысли те самые лианы, что совсем недавно лежали в густой траве, неожиданно обвиваются вокруг Зейна, лишая его возможности двигаться. В ту же секунду Асаф оказывается рядом с ним, и я замечаю зажатый в его руке стилет. Время замедляется. Лезвие разрывает белую майку джинна, касается смуглой кожи и легко рассекает ее, входя, как в масло. На ткани расплывается уродливое красное пятно. Зейн кричит, и в этот момент я почти чувствую его боль как свою. Будто стилет вспарывает мой собственный живот. Пытаюсь подняться, чтобы как-то помочь ему, но тело по-прежнему плохо слушается. Я знаю, что в таком состоянии не способна на подвиги, и мне страшно думать о том, что может сделать со мной Асаф, но еще страшнее просто смотреть на то, как он убивает Зейна у меня на глазах.
Внезапно из кустов раздается негромкий рык. С трудом повернув голову, сталкиваюсь взглядом с немигающими желтыми глазами пантеры, под кожей которой