Библиотека

Сразу после войны стр. 44

Размер шрифта
-
+
Тема

ответила:

— Он уехал.

— Куда?

— В Кушку — он служит там.

Слава богу, обрадовался я и стал уговаривать Алию поскорее расписаться со мной, чтобы никогда не разлучаться. Я обещал ей молочные реки и кисельные берега, предлагал уехать. Я был весь во власти мечты, но понимал, что все, о чем толкую, бред, фантазия. Но я верил в то, что говорил, и, показалось, заразил этим Алию.

И удивился, когда она вдруг сказала:

— Это невозможно.

— Возможно! — возразил я. — Если люди по-настоящему любят друг друга…

— А кто сказал, что я люблю тебя?

— Важны не слова — поступки! — выпалил я. — Ты же видишь, что я люблю тебя. И ты здесь, со мной.

Алия поправила волосы.

— Все не так просто, как тебе кажется. Я всегда хорошо жила — даже в самые трудные военные годы. Я, наверное, не смогла бы жить так, как ты сейчас живешь, как другие живут.

Я подумал, что до стипендии еще десять дней, а у нас на всех, не считая Жилина, килограмм вермишели, полбутылки хлопкового масла, а сахара нет. И денег нет. Ведь нельзя же называть деньгами несколько мятых трешниц, из которых половина уйдет на хлеб, а на остальные можно будет купить лишь три-четыре килограмма овощей.

Еще в больнице я понял, что Алия живет в достатке. Она

нарядно одевалась, никогда не жаловалась, как другие сестры и нянечки, на трудности с питанием. И вот сейчас она подтвердила сама, что живет намного лучше других. Ее слова кольнули меня. И только. Недаром же говорится, что любовь слепа.

— Поздно уже, — вдруг сказала Алия. Щелкнув крышкой, посмотрела на маленькие часики, висевшие на цепочке в вырезе платья. — Ого!

— Я провожу тебя.

— Лучше — я.

— Как хочешь.

— Рассердился?

— Н-нет.

— Рассердился! — Алия взяла меня под руку.

Она жила в собственном доме родителей, недалеко от нашего общежития. Я много раз проходил мимо ее дома. В отличие от других домов его окружал не дувал, а решетчатая изгородь, обвитая виноградом. За ней виднелся дом — двухэтажный, с застекленной террасой, тоже обвитой виноградом. Каждый раз, проходя мимо, я думал: «Живут же люди!»

Алия сказала, что один раз видела меня, когда я проходил с ребятами.

— А, около больницы? — поинтересовался я.

— Тоже, — ответила Алия. — Ты стоял у газетной витрины и делал вид, что читаешь.

— А он? — Это выскочило неожиданно.

— Он на тебя и внимания не обратил, — сказала Алия. И добавила: — Не спрашивай больше про него. Хорошо?

Алия повела меня к общежитию в обход своего дома, по другой улице — такой же узкой, как большинство улиц Ашхабада. Влажноватая пыль проникла сквозь дырочки в штиблетах, я ощущал ступнями песчинки — они покалывали кожу. Небо казалось бархатным. Луна светила так, словно старалась побыстрее израсходовать свою энергию. Алия спросила, как у меня с учебой, и довольно кивнула, когда я ответил:

— Полный порядок!

И сразу же схватила меня за руку:

— Слышишь?

— Н-нет.

— Какой же ты, право, — с досадой произнесла Алия.

И тут я услышал шаги.

— Они, — сказала Алия.

— Кто?

Она не ответила.

Держась в тени дувала, к нам приближались четверо.

— Знаешь их? — спросил я.

— Самого высокого Ахмедом зовут — он кунак моего жениха.

«Что же делать? — забеспокоился я. — С четырьмя мне не справиться».

— Беги, — шепнула Алия. — Мне они ничего не сделают.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.