Библиотека

Старая крепость стр. 123

Размер шрифта
-
+
Тема

Половьян прикалывал к доске рисунки скелета мамонта. Котька осторожно, на цыпочках, чтобы не заметил Половьян, пробрался в конец класса. Он бесшумно уселся там на заднюю парту. Весь урок меня подмывало обернуться, посмотреть хоть искоса, что делает Котька, но я сдерживал себя: ведь мы же враги!

На большой перемене Котька уже освоился и чувствовал себя так, будто и не уходил отсюда на каникулы. Он вымазал мелом всю доску, рисуя на ней хату под соломенной крышей, прыгнул несколько раз через парту, выменял у Яшки Тиктора за два карандаша австрийский патрон. Со мной и Маремухой Котька не разговаривал. А на другой день к нам на парту, как только окончился третий урок, подсел конопатый Сашка Бобырь.

– Хлопцы, помогите! – прошептал он, оглядываясь на соседей.

– А что? – спросил Оська.

– Хлопцы, слушайте, – взмолился Бобырь, – у Котьки есть мой «бульдог». Он принес его в класс. Я подсмотрел, он показывал Тиктору. Хлопцы, я вам за то дам дроби, у меня есть целый фунт дроби. Только помогите, хлопцы!

– А где же Котька? – спросил, вставая, Маремуха. Его глаза загорелись. Он вышел из-за парты.

– Наверх побежал, наверх! – с волнением ответил Бобырь.

Он так волновался, что даже его веснушки побагровели.

Мы нашли Котьку в конце пустого коридора третьего этажа. Он шел из уборной к нам навстречу, заложив руки в карманы.

– Котька, послушай! – дрожащим голосом остановил его Сашка Бобырь.

– Чего тебе? – насторожился Котька.

– Котька, отдай «бульдог»! – сказал Бобырь.

– «Бульдог»? – встревожился Котька. – У меня его нет!

– Не обманывай, есть! – прохрипел Бобырь. – Он у тебя в кармане.

И в ту же минуту Котька прыгнул назад к окну. Наперерез ему бросился Петро и закричал:

– Хватай его за ноги!

Хорошее дело – хватай за ноги! Но ведь это не так просто, как думает Петрусь. Котька размахивает ногами так быстро и сильно, что подойти к нему невозможно. Спиной он отталкивает Маремуху, но тот крепко сжал Котькины руки и не отпускает. Григоренко кряхтит от злости, мотает головой, но вырваться не может.

– Да ну, хватай! Дай ему леща! Что вы боитесь! – подбодрил нас Петрусь.

В эту минуту мне удалось поймать Григоренко за ногу. Я крепко ухватил его за ботинок и потянул изо всей силы к себе. Бобырь понатужился и швырнул Котьку на пол, под самую печь, к ногам Маремухи. Теперь Григоренко нам не страшен. Сейчас мы его обыщем!

– Пустите, сам отдам, – сквозь зубы прохрипел Котька.

– Отдашь? – сидя верхом на Котькиных плечах, недоверчиво переспросил Бобырь.

– Отдам… Ей-богу, отдам, – пообещал Григоренко.

– А ну, пустите его, хлопцы! – приказал Бобырь и вскочил на ноги.

Не очень охотно мы выполнили это приказание. Помятый, взъерошенный Котька, не глядя на нас, медленно поднялся и отряхнул со штанов пыль. Потом он полез в карман и неторопливо вытащил «бульдог». Это был очень хороший револьвер – новенький, блестящий: видно, из него стреляли очень мало.

Бобырь даже облизнулся.

– Ну, дай сюда, – попросил он, протягивая свою длинную худую руку.

– Дать? Что дать? Что ты хочешь?.. – крепко сжимая рукоятку «бульдога», удивленно спросил Котька.

– Револьвер! – простонал Бобырь и протянул навстречу другую руку.

– Револьвер? А, дудки! – И с этими словами Котька, размахнувшись, вышвырнул его в открытое окно. – Нате! – злобно прошипел он, и в эту минуту внизу,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.