Библиотека

Стеклянный дом, или Ключи от смерти стр. 109

Размер шрифта
-
+
Тема

из принадлежащего ему автомобиля «опель-кадет». Вот он, самонадеянный тупица, полагающий, что всегда с легкостью определяет за собой «хвост», входит в подъезд собственного дома. А вот тоже примечательная панорама: крупным планом номерной знак «кадета» на фоне офисных окон уже упомянутого самовлюбленного детектива. Как говорится, полный набор.

Это что же получается, растерянно думал я, по инерции продолжая перебирать фотографии, на которых мелькали теперь уже чужие лица, автомобили, подъезды. Это ж выходит, что минувшим вечером ванинские хлопчики вели меня отнюдь не от «Авто-Мира». Что им прекрасно известны были и мой адрес, и номер машины. И что мои лисьи петляния с целью увести преследователей от «опеля» были столь же нелепы, сколь бессмысленны. А еще получается... Рука, перебирающая карточки, замерла на весу. И точно так же замерла, зависла в безвоздушном пространстве потерявшая всякую опору предыдущая мысль. Не было сомнений, что я держал перед собой фотографию автомагната Бориса Федоровича Блумова.

Да, его словно кошкой зализанную морду я узнал сразу, несмотря на качество снимка. Тем более что за первой фотографией следовали новые. Бобс под ручку со своей супругой выходит из подъезда Стеклянного дома. Отдельно мадам Блумова с корзинкой прогуливается, по всей видимости, между овощных рядов на рынке. Снова они оба — усаживаются в свой серо-стальной, как подводная лодка, «роллс-ройс».

Я вообще перестал что-либо понимать. Но уже по инерции продолжая разбирать фотографические завалы, наткнулся на очередного знакомого — жизнерадостного толстяка с обвислыми щеками и маленьким обрубленным носом, похожего на добрую беспородную дворнягу. Лев Сергеевич Пирумов также был представлен во всех ракурсах: на выходе из дома, при входе в юридическую консультацию, за рулем автомобиля.

Зло швырнув карточки обратно в ящик, я сидел над ними в некотором оцепенении. Самым сильным желанием было немедленно сорвать противогаз и вдохнуть свежего воздуха: пот под маской заливал мне глаза, все лицо горело и чесалось. Закись азота тяжелее атмосферы, которой мы дышим, и по идее должна была бы сгуститься внизу, но я все равно боялся рисковать, мне сейчас, как никогда, требовалась ясная голова. Для профессионала назначение фотографий не вызывало сомнений. Поскольку никакого компромата на них зафиксировано не было, они могли служить только иллюстрацией к распорядку дня изучаемых персонажей. Ну, и еще для полной идентификации — чтоб в случае надобности ни с кем не спутать. А когда такие люди, как ва-нинская братва, начинают запасаться чьими-то портретами, исследовать его распорядок дня, место жительства, работы, средства передвижения, это может означать только одно. Скоро вокруг головы этого человека запляшет розовый зайчик лазерного прицела...

Стоп. Я несу чушь.

Из беседы, записанной в кабинете Блумова, мне известно, что давеча на кладбище действовал киллер по кличке Мойва. По указанию Бобса он должен был убрать... Кого? Предположительно, банкира Забусова, судя по неприязни, с которой Блумов о нем отзывался. То есть Бобс и есть тот самый убийца, вернее, заказчик и организатор.

Но с этим никак не клеются только что обнаруженные мною фотографии. Кто-то нанял ванинских охранять подходы к умирающему Арефьеву. И до сих пор я предполагал, что этот же «кто-то» заплатил им за четыре уже совершенных убийства. Он же дал указание зарезать и меня. Все просто и логично: вот жертвы, а вот преступник. До

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.