Стикс - 2 стр. 116
Эфирное масло было. Ну и что?
— Стоп! А ну, давай мне подробности.
Ладошкин набычился:
— Что вы на меня кидаетесь?
— А потому что ты лох! — не выдержал он. — Газ может быть в баллончике под давлением, а может быть сжиженным. От этого психопата всего можно ожидать. Я имею в виду Саранского. Значит, нашел способ. Нет, гении — это не люди. Это вредители. Невозможно с ними работать! Откуда у нее «эфирное» масло? Где взяла? В магазине?
— В салоне красоты, — нехотя признался Ладошкин. — Мы дважды туда ездили. Прическа ей, видишь ли, не нравилась! Лично я, когда она оттуда вышла, никаких изменений не заметил. А содрали с меня пятьсот долларов!
О салоне красоты он знал. Выяснил все в подробностях. И решил, что Маркина ездила туда менять прическу и избавляться от маникюра-педикюра, чтобы еще больше быть похожей на кассиршу из супермаркета. Да, Ольга ездила туда дважды. Последний раз перед поездкой в санаторий «Лесное». Перед поездкой…
— Она сказала, что перед сауной необходимо пройти процедуры. Массаж и что-то там еще. Для кожи, — поморщился Ладошкин. — И надо, мол, взять эфирное масло. Мол, если его плеснуть на раскаленную каменку…
— Куда?!
— На каменку. Так все делают. Для духа.
— Я в курсе, что люди делают в сауне, — сквозь зубы сказал он. — Почему же вы мне об этом не сказали?
— О такой ерунде?
— Это не ерунда. Дверь в сауне двойная, обеспечивает герметичность, помещение маленькое, температура высокая. Жидкость, попавшая на раскаленную поверхность, мгновенно испаряется. Идеальные условия для применения препарата. Но где же тогда пузырек?
— Вот именно: где пузырек? На полу в сауне ничего не было, сами видели. И баллончика не было, и пузырька не было. Так что нечего на меня собак вешать, — пробурчал Ладошкин.
«Нет, ну почему теоретики не практики? — подумал он. — Эмильевич в чем-то прав. Память у Ладошкина феноменальная, и квадратное уравнение он решить может. Но провести его — никаких проблем. Аналитик хренов!»
Такая злость взяла! Ну такая злость! Нет, чтобы сразу сказать про «эфирное» масло. И где взяла. И вот он едет в Р-ск, в больницу. Потому что ему нужна женщина. Она оставила вещь на хранение, она же должна и забрать. Ему нужна Ольга Маркина. А кассирша пока побудет в заложницах. Для страховки.
Машину они оставляют у ворот больницы. Он дает сопровождающим краткие инструкции:
— Значит, так. Я захожу в корпус и пытаюсь вывести ее на прогулку. Думаю, она пойдет. Здесь, в саду, делаю предложение: уехать со мной. Если она не соглашается, подключаетесь вы.
— Может, эфир? — спрашивает Илья. — Зажать нос смоченным в эфире носовым платком, она отключится, и мы ее унесем.
— Посмотрим. В общем, любыми способами и при любом раскладе мы ее увозим. Ждите.
Он заходит в здание, в прохладный предбанник, оттуда в холл. Говорит в окошко:
— К Тимофеевой.
— А ее нет, — отвечает девушка в белом халате.
— Как это нет?
— Да так. На ужине не было, в палате не ночевала, — затараторила девушка. — Мы сами ее ищем.
Он взлетает на второй этаж.
— Куда?! — кричат ему вслед. — Мужчина, вы куда?! Без халата?! У нас не приемный день!