Сто рассказов о войне стр. 71
вгляделся. И вдруг: фашистские кресты на бортах у танков. «Так это не наши идут колонны! Это идут фашисты!»
— Фашисты! — кричит Куланбаев.
Верно. Действительно шли фашисты. А фашистские самолеты над ними кружили и их атаковали — так, для отвода глаз. Пойди сообрази, что на своих они пикируют. На это и был у фашистов расчет. Пытались нас обмануть. Увезти без потерь боевую технику.
Разобрались, однако, наши. Открыли по врагам ураганный артиллерийский огонь. Прилетели советские бомбардировщики. Подошли советские пехотинцы.
Не спасла фашистов фашистская хитрость. Разгромили их наши в бою.
Разгромить разгромили, однако и выводы тоже сделали: не только с волком дело имеют. Фашист есть фашист, если надо — хитрой лисой прикинется.
НЕОБЫЧНАЯ ОПЕРАЦИЯНа хитрость врага отвечали и наши военной хитростью.
Поражался Мокапка Зяблов. Непонятное что-то творилось у них на станции. Жил мальчик с дедом и бабкой недалеко от города Суджи в небольшом рабочем поселке, при станции Ленинской. Был сыном потомственного железнодорожника.
Любил Мокапка часами крутиться около станции. Особенно в эти дни. Один за одним приходят сюда эшелоны. Подвозят военную технику. Знает Мокапка, что побили фашистов наши войска под Курском. Гонят врагов на запад. Хоть и мал, да с умом Мокапка, видит — приходят сюда эшелоны. Понимает: значит, здесь, в этих местах, намечается дальнейшее наступление.
Идут эшелоны, пыхтят паровозы. Разгружают солдаты военный груз.
Крутился Мокапка как-то рядом с путями. Видит, новый пришел эшелон. Танки стоят на платформах. Много. Принялся мальчик считать. Присмотрелся — а они деревянные. Как же на них воевать?!
Бросился мальчик к бабке:
— Деревянные, — шепчет, — танки.
— Неужто? — всплеснула руками бабка.
Бросился к деду:
— Деревянные, деда, танки.
Поднял старый глаза на внука.
Помчался мальчишка к станции. Смотрит, снова идет эшелон. Остановился состав. Глянул Мокапка: пушки стоят на платформах. Много. Не меньше, чем было танков.
Присмотрелся Мокапка — так ведь пушки тоже никак деревянные! Вместо стволов — кругляки торчат.
Бросился мальчик к бабке:
— Деревянные, — шепчет, — пушки.
— Неужто?.. — всплеснула руками бабка.
Бросился к деду:
— Деревянные, деда, пушки.
— Что-то новое, — молвил дед.
Много непонятного творилось тогда на станции. Прибыли как-то ящики со снарядами. Горы выросли этих ящиков. Доволен Мокапка:
— Здорово всыпят фашистам наши!
И вдруг узнает: пустые на станции ящики. «Зачем же таких-то и целые горы?!» — гадает мальчик.
А вот и совсем непонятное. Приходят сюда войска. Много. Колонна спешит за колонной. Идут открыто, приходят засветло.
— Наши идут! Наши идут! — голосит Мокапка.
Легкий характер у мальчика. Сразу познакомился с солдатами. Дотемна с ними сидит. Утром снова бежит в гости. И тут узнает: покинули ночью эти места солдаты.
Стоит Мокапка, опять гадает.
Не знал Мокапка, что применили наши под Суджей военную хитрость.
Ведут фашисты с самолетов разведку за советскими войсками. Видят, приходят на станцию эшелоны, привозят танки, привозят пушки. Замечают фашисты и горы ящиков со снарядами. Засекают, что движутся сюда войска. Много. За колонной идет колонна. Видят фашисты, как подходят войска, а о том, что ночью незаметно отсюда они уходят, об этом враги не знают.
Ясно фашистам — вот где готовится новое русское наступление. Здесь, под городом Суджей. Стянули под Суджу они войска, на других участках силы свои ослабили. Только стянули, а тут их и ударили.