Сто тысяч франков в награду стр. 94
спуститься в приемную. Пожав руку молодого человека, он поклонился графу.
— Доктор, — начал Сильвен, — прежде чем объяснить вам цель нашего посещения, позвольте обратиться к вам с несколькими вопросами…
— Говорите.
— Есть ли какие-нибудь изменения к лучшему в состоянии здоровья Аврилетты?
— Пока нет… однако ночь она провела совершенно спокойно.
Сильвен хотел еще что-то спросить, но осекся. Доктор заметил это и улыбнулся.
— А как Паком?.. — наконец выдавил из себя юноша.
— Паком — если так зовут вашу собаку — хороший и добрый пес, который скоро сможет смело считать, что оказал значительную услугу науке.
— И он выздоровел?
— О! Не так быстро, мой юный друг!.. Ему лучше, гораздо лучше, и я надеюсь, что сегодня наступит значительное улучшение. Ночью я придумал кое-какие средства… Ну, теперь, когда вы знаете все о… ваших друзьях, я слушаю вас… Какому обстоятельству я обязан вашим утренним визитом?..
— Очень важному обстоятельству… но я должен уступить слово графу Керу, чье имя вам уже, впрочем, известно.
Доктор поклонился:
— Действительно, я знаю, что граф Керу — один из наших лучших моряков, и я не забыл рассказ об ужасной катастрофе, которая стоила жизни графине Керу…
— И вследствие которой Аврилетта лишилась рассудка… — добавил Сильвен.
— Я о том же хотел переговорить с вами, — сказал граф. — И, несмотря на страдания, которые терзают меня при одном только воспоминании о прошлом, я должен исполнить то, что считаю своим долгом.
— Говорите же, милостивый государь, и верьте, что я готов служить вам чем смогу.
— Доктор, — начал граф Керу, — вы знаете, что до сих пор полиция не нашла негодяя, лишившего жизни самую лучшую женщину в мире…
— Или, по крайней мере, — перебил его доктор, — полиция напала на ложный след…
— Действительно, один славный молодой человек, которого я считаю совершенно непричастным к делу, был арестован и едва не лишил себя жизни.
— Я вчера получил письмо от фельдшера, помощника доктора, и знаю, что состояние молодого музыканта теперь гораздо лучше и он не только не подвергается никакой опасности, но от ран не останется даже следа.
— Бедный Давид! — вздохнул Сильвен.
— На мне лежит обязанность исправить зло, которое я ему невольно причинил, — сказал граф Керу. — Но в настоящую минуту я должен отомстить, вот почему мы обращаемся к вам за помощью…
— Рассчитывайте на меня.
— Итак, все заставляет нас предполагать, что в эту ночь один из убийц графини Элен арестован…
— Неужели?
— Единственный свидетель, который может нам помочь, это Аврилетта. Вы знаете, что она видела в лесу трех неизвестных личностей, которые несли убитую или бесчувственную женщину. Не останавливаясь на том, насколько правдоподобен этот рассказ, мы думаем,
что Аврилетта могла бы узнать по некоторым приметам одну из этих трех личностей, хотя лиц их она и не видела… А потому обращаюсь к вам с вопросом: способна ли Аврилетта в том состоянии, в котором она сейчас находится, оказать нам содействие?
Граф Керу замолчал, с нетерпением ожидая ответа доктора. Бонантейль отрицательно покачал головой.
— Увы! Я не могу дать вам категорический ответ. Сложно что-либо предсказать в том случае, когда у больного расстроены умственные способности… Впрочем, у меня есть надежда возвратить ей рассудок… Я думаю, что нашел причину ее болезни… Но сколько мне понадобится времени, чтобы найти средство вылечить ее окончательно, это