Столичный доктор стр. 123
после пары недвусмысленных намеков пришлось уволиться.
Звонок раздался в полдень. Мы даже вздрогнули.
— Барышня, барышня! — мужской голос в трубке был тревожным, слышно даже с нынешним качеством связи.
— Да, да, слушаю! — ответила Мария. — Добрый день!
Знаменитое «Алло» в телефонном деле еще не прижилось, так что люди просто здоровались, как при обычной встрече.
— У меня лошадь подкову потеряла. Срочно помогите. Записывайте адрес…
И дальше хохот. Судя по голосу — молодежь. Да, сейчас шутников вычислить проще простого, звонок на станцию, и телефонистка сразу выдаст информацию, с какого номера звонили. Но максимум, что им грозит — родители погрозят пальчиком.
Девушки вопросительно на меня посмотрели, а я нажал на рычаг телефонного аппарата, развел руками.
— И это бывает. Готовьтесь. Пьяные будут звонить, умалишенные. Или вот такие шутники. Трудная работа, сразу предупреждаю! А теперь объясните, почему нарушена инструкция? Как представляться надо?! — я показал на висящую на стене шпаргалку, где мною собственноручно были начертаны перечень вопросов и прочие нужные диспетчеру сведения.
— Волновались… — пролепетала Мария. — Больше не повторится, господин Баталов…
* * *Не надеясь только на рекламу, я еще решил объехать «основных клиентов». На телефонной станции начальство распорядилось повесить напоминание о нашей службе перед каждой телефонисткой. Потом — полицейские и пожарные участки. Везде раздавал визитки с номером телефона, объяснял суть нашей работы. Для важности ссылался на Великого князя, европейский опыт. У нас же как? Если на Западе кто-то что-то придумал и это там уже работает — дайте две. Пожарные и полицейские визитки брали, важно кивали. Последние так и вовсе получили циркуляр из МВД об оказании всемерной помощи скорой, и я у местного пристава Арбатской части даже оформил бумагу с разрешением на… сирену. Ручные роторные, на ручке вполне себе продавались в лавках — в основном пугать ворон, для развлечений. Но ставить их на экипажи — никто не решался.
— Лошадей перепугаете, — посетовал седой, с пышными усами, пристав по имени Федор Евсеевич.
— Выдрессируем, — отмахнулся я. — В кавалерии лошадей к выстрелам приучают, а у нас к специальному сигналу.
— Чужих-с перепугаете, — покачал кудлатой головой полицейский. — А на улицах, знаете ли, разные бывают господа. Не дай бог кортеж какой, да вот того же Великого князя!
— Мы же не дураки, будем смотреть, кто едет! Да и без нужды запускать не будем.
— Ну, раз так…
Разрешение мне в итоге дали и мы в конюшне начали врубать сирену, приучая наших лошадок к ужасному звуку. Впрочем, не долго — тут же посыпались жалобы из соседних домовладений, пришел околоточный. Пришлось давать небольшую взятку и обещать упражнять лошадей за городом. Только полицейского удалось спровадить, как поступил вызов. Настоящий. Да еще какой! Пожар! Как говорится, не было гроша, да вдруг… И у нас не алтын, а целый рубль, наверное.
* * *— Спиридоньевский переулок, на пересечении с Большим Козихинским, — тщательно записывала карандашом Глафира. — Пожар в квартире на третьем этаже.
Когда же городские власти закончат пронумеровывать дома? Сейчас только на дворников и городовых надеяться можно. Запомнить названия домов по владельцам — наверное, и не всякий компьютер справится.
— Обе бригады — на вызов, — скомандовал я. — Действуйте.
Здесь недалеко, даже пешком минут за пятнадцать дойти можно. Не нужна будет вторая бригада — отпущу.
— Бригады,