Странный рыцарь Священной книги стр. 190
Влад не понимал ничего и только переводил взгляд с одного лица на другое. Баронесса продолжала тянуть скатерть, кувшин неумолимо приближался к краю столика и под конец упал и разбился. Красное вино выплеснулось на мои сапоги и сандалии Доминиканца.
А в комнату ворвался воин и крикнул:
— Шайка неизвестных в волчьих масках увела с собой девушку.
Влад в волнении схватил меня за руку.
— Что случилось?
Я не мог не сказать ему правды.
— Ладу похитили.
Он взревел, как раненый зверь, схватил баронессу и поднял ее на руках так, что лицо ее оказалось рядом с его лицом. Она улыбнулась ему с бескрайней нежностью. Вдруг меня осенило, и я поспешил сказать:
— Доминиканец, Книга у девушки.
Я не знал, кто похитил Ладу, но понимал, что лишь с помощью Доминиканца и баронессы сумею отыскать ее. До той поры Священная книга будет находиться в безопасности. Что случится потом, об этом я намеревался задуматься, когда придет время.
4Здесь мне следовало бы рассказать об игуменье и о людях-волках. Но это будет поминанием и песнью о Владе.
Игуменья ближайшего монастыря узнала от самого Доминиканца, что он ищет Священную книгу богомилов. Для нее богомилы были почитателями дьявола. И Книга их могла сделать человека, обладающего ею, властителем мира, ибо с ее помощью мог он воззвать к самому Сатане. Посему игуменья тоже пожелала отправиться на поиски Священной книги и привела с собой людей-волков.
Когда мы выходили с постоялого двора, я попросил разрешения подойти к своему коню. Доминиканец шел рядом. Я взял с седла что-то малосущественное, а ногой в это время подпихнул рогатину под охапку сена. Влад видел это.
5Когда мы узнали, что люди-волки похитили и утащили Ладу в свое логово — развалины римского города — нам с Владом удалось сбежать от Доминиканца. Мы надеялись, что найдем и освободим Ладу сами. Где находится этот Мертвый город, мы уже знали. Нам удалось пробраться туда, но не удалось избежать плена. Люди в волчьих масках появились прямо из-под земли: они поднимали мраморные плиты и выскакивали оттуда, как покойники из могил. Развалины города перерезали глубокие, в рост человека, рвы, по которым можно было ходить, не пригибаясь. Это позволяло волкам передвигаться по городу в любом направлении.
Была ночь. Среди поваленных колонн какого-то храма разбойники разжигали огромный костер. Вокруг него бродила, как тень, согбенная колдунья.
Я стоял связанный перед высокой плитой, где были высечены фигуры мужчины и женщины. Мужчина вел женщину вниз, по крутым ступеням, склоненные их головы и согбенные плечи выражали беспросветное отчаяние и глубокую печаль. На шее у меня была веревка, переброшенная через каменный карниз. Конец ее держал какой-то бесноватый, который в любую минуту мог задушить меня, дернув за нее.
Лада была привязана в каменном проеме двери за поднятые вверх руки. Шлема на ней не было, и светлые ее волосы отливали золотом во всполохах огня.
Влада привязали сидящим. Его прислонили к мраморному алтарю, меж опущенных рогов свирепого быка, на котором висели гроздья винограда. В отблесках костра могучие мышцы Влада, залитые кровью и потом, словно светились. Казалось, он вот-вот встанет во весь рост и поднимет с собою весь алтарь.
Вокруг сидели на корточках и полулежали несколько десятков людей-волков.