Страсть и расчёт стр. 192
удержало на месте нестерпимое любопытство: она страстно желала узнать, зачем Мортимер это сделал, даже была готова рискнуть ради этого жизнью. Ради этого – и ради Руперта.
– Добрый вечер, Мортимер, – самым светским тоном поздоровалась Луиза.
– Был бы добрый, – ответил он, – если бы ты спокойно спала рядом со своим графом.
– Как видишь, мне не спится. – Луиза сделала шаг направо, обходя куст так, чтобы он оставался между нею и Мортимером. – Зачем ты это делаешь?
– Ради компании, конечно же, – ответил Фланнаган таким тоном, словно это все объясняло и было само собой разумеющимся.
– Но как тебе поможет получить компанию смерть Руперта и моя?
– Я не хотел тебя убивать, я хотел, чтобы ты вышла за меня замуж. – Мортимер тоже начал обходить куст.
– То есть… – Луиза вспомнила, как в Глазго Руперт обвинил ее с том, что она наняла убийцу. – Ты попытался убить Руперта.
– И не один раз, – фыркнул Фланнаган. – Только этот паршивый аристократишка оказался везучим гадом. Умри он – и ты бы вышла за меня, принеся мне компанию!
Луиза стала отходить к горящему дому. Входная дверь пока еще была свободна, так что имелся шанс проскользнуть внутрь, разбудить Руперта и предоставить мужу защищать их жизни от явно сошедшего с ума Мортимера.
– А почему теперь ты на мне не хочешь жениться? Может быть, ограничишься убийством Руперта?
– Потому что ты беременна от этого мерзавца! И твой ребенок унаследует твою долю в компании. Ты мне больше не нужна! По условиям договора твоего отца и моего деда, в случае смерти всех наследников одного партнера компания переходит к наследникам другого. И теперь твой отец, которому немного помогли отправиться в мир иной, не защитит тебя. Его нет, а когда вас с твоим муженьком не станет, все будет моим. Так справедливо!
– Как я могла об этом забыть! – Луиза отступила еще на шаг. Если бы она восприняла всерьез заявление Руперта о покушении, она бы задумалась, кому это выгодно, и быстро бы догадалась о происходящем, каким бы странным оно ни казалось.
– Зато я не забыл! – Мортимер, видимо, решил, что с него достаточно разговоров, и бросился к Луизе, протягивая руки к ее горлу.
Графиня развернулась и кинулась в дом, закрывая лицо шалью от дыма и огня. Шаги Мортимера раздавались буквально у нее за спиной.
Руперт проснулся ночью из-за того, что стало жарко. Он, как всегда, намотал на себя все одеяло, так что окончательно проснулся, пока выпутывался из тяжелых пуховых складок. Луизы в комнате не было. И, несмотря на то что Руперт избавился от одеяла, прохладнее не стало. Честно
говоря, становилось все жарче и жарче. В комнате становилось все светлее, хотя до рассвета было еще далеко. И в оранжевом свете, озарившем окно, закрытое лишь легкими занавесями, без ночных штор, Руперт увидел, что под дверь заползают струйки сизого дыма, скручивающиеся в тугие кольца и извивающиеся, как щупальца неизвестного морского чудовища.
– Луиза! – прошептал граф, подходя к двери. Может быть, правильнее было бы закричать, но что-то подсказывало, что лучше не стоит. Обычно дома сами по себе не загораются среди осенней влажной ночи, причем сразу с четырех сторон.
Граф осторожно выглянул в коридор: все было в дыму, но никого не было видно. Ни