Стругацкие, Аркадий и Борис. Собрание сочинений в 15 томах. Том 1. Извне. Путь на Амальтею. Стажеры. Рассказы стр. 3
— практически без купюр! — феноменальный «Пикник на обочине», написанный еще в 1971 году.
Потом я уже понял, что этот сборник — он называется «За миллиард лет до конца света» — был знаком и приближающейся оттепели; резкий спад в период стагнации; постепенная реабилитация в преддверии перестройки и мгновенный взлет в ее разгаре. В 1989 году общий тираж книг Стругацких, кажется, перевалил за миллион экземпляров.
Но вне узкого издательского мирка, за пределами важных кабинетов, в которых решались судьбы советских писателей, произведения Стругацких жили собственной жизнью. Здесь спадов не было. Читатели с упрямством продолжали поклоняться своим любимцам, заграничные издатели с удовольствием печатали их книги. Стругацкие были признаны «самым известным тандемом мировой фантастики» — на нынешний день больше трехсот изданий за рубежом. Вот цифры: в США вышли 18 произведений в 29 изданиях; ФРГ — тоже 18 произведений, 32 издания. Рекорд установила Чехо-Словакия: соответственно 23 и 35.
Настало время и у нас собрать воедино все произведения — то, что до сих пор читатель мог соединить на своих полках, лишь затратив массу времени и усилий. Мы гордимся своим участием в издании этого первого советского собрания братьев Стругацких.
Писатели и книгиПисатели Стругацкие начинали, как почти все дебютанты, — с повторения уже пройденного литературой. Сейчас трудно в это поверить, но их первая повесть «Страна багровых туч» была вещью заурядной, на тему тоже более чем заурядную в научной фантастике: путешествие на Венеру. Рецензент «Юности» со вкусом прошелся по этой книге — и за дело. Однако же — я помню свое первое впечатление — в «Стране...» было нечто свежее, как запах молодой хвои; она решительно отличалась от ужасающе скучной фантастики пятидесятых годов. А затем удивленные наблюдатели — таких было порядочно, фантастика входила в моду — увидели, как молодые писатели стали с бешеной энергией выдираться из пеленок. За три года опубликовали пять — пять! — повестей, как бы торопясь миновать тренировочный плац космической НФ. Их темп поражал воображение. Они искали свой голос и свою тему и в этих поисках успели детально разработать целый мир — земной и космический, населить его людьми, поначалу несколько схематичными, но оживающими буквально с каждой страницей. Стругацкие пытались преодолеть каноны технической фантастики, не выходя за пределы этих же канонов, — писатели-братья фонтанировали: рождались фантастические изобретения, придумывались звездолеты и породы скота, системы подвоза продуктов и школьного образования и Бог знает что еще. А может быть, они ничего не преодолевали, прекрасная ведь игра — создание собственного мира! Позже стало понятно, что эта игра-работа не пропала втуне: Стругацкие
действительно создали свою державу, фантастический вариант фолкнеровского округа Йокнапатофы — суперсюжет, охвативший тринадцать романов и повестей.
С такой же поразительной быстротой они нарабатывали свое мастерство прозаиков. Их третья по счету повесть, «Путь на Амальтею», написана уже свободным, летящим пером; знатоки помнят и цитируют ее до сих пор. В ней чувствуется «коготь льва» — обаяние таланта, нечто, едва поддающееся объяснению. Слово Стругацких звенит, словно вдоль строк протянута тончайшая нить радости.
В том же начальном, разгонном периоде их работы произошел первый поворот: персонажи Стругацких перестали штурмовать иные планеты и вздымать целину XXII века; они взглянули назад: из нашего будущего в наше прошлое.