Струны стр. 194
У нас сорок два голоса Неврополиса, восемьдесят с лишним голосов Сам-па. Остатки Средиземноморья — там сто процентов наших. Вы лишили права голоса Китай, Японию, большую часть Индии…
Перечисление тянулось и тянулось, в бабушкином голосе не было и следа торжествующего злорадства, только холодная уверенность врача, ставящего диагноз, да обычная ее нетерпеливость.
Седрик продолжал рассматривать Гранди. Ну да, ну точно — Дуэйн Крегер, только сильно постаревший. Такая же злая, пакостная морда. И те же длинные клыки — вон как этот тип оскалился, слушая бабушкины расчеты.
— Возможно, вы и правы, — вздохнул Чен, — силы почти равны. Но некоторые из купленных вами делегатов могут, по
здравом размышлении, изменить свою позицию, так что кратковременная приостановка заседаний Парламента…
— Приостановки не будет.
— В таком случае роспуск и проведение всеобщих вы…
— Роспуска тоже не будет.
Несколько секунд глухой, тяжелой тишины, а затем — невероятный, нечеловечески низкий голос, уже не бас, а рокот лавины, сошедшей с далеких гор:
— Ваша коалиция неустойчива. Долго она не продержится. Возможно, вы и вынудите меня уйти на время в подполье, однако через месяц-другой, когда новые представители Китая, Японии и прочих стран займут свои места в Парламенте…
— Идиот! — взвизгнул Гранди. — Придурок! Эти выборы пройдут под контролем Ху! Ты не видел других противников, кроме маразматичного жулика Хейстингза, а ведь я тебя предупреждал, я все время тебя предупреждал, что он кликнет на помощь эту.., эту ведьму, эту ядовитую гадину!
Вот-вот, Дуэйн тоже любил валить всю вину на кого-нибудь другого.
Но Чен все так же игнорировал своего напарника; они с Агнес Хаббард пристально смотрели друг на друга, словно выжидая, кто же не выдержит и сделает первый ход. Победа досталась Агнес.
— Было бы крайне наивно поднимать крик об ударах ниже пояса, однако надо заметить, что вы, директор Хаббард, ввели в игру новый фактор. — Впервые за все время переговоров Чен выказывал явные признаки раздражения. — Вы применили абсолютно неожиданную угрозу — но я очень сомневаюсь, что такой шантаж может продолжаться долго. Вы используете в качестве оружия детей! Где они? Что вы с ними сделали?
Седрик оторвал глаза от Гранди — отвратительной копии отвратительного Дуэйна. Что это там такое насчет детей?
— Не я ввела детей в игру, доктор Чен, я только нанесла ответный удар. — От бабушки веяло арктическим холодом. — Кроме того, разве они дети? КИКО, так это, кажется, называется?
— А что это такое — КИКО? — встрял Седрик, забыв обо всех запретах.
И тут же сжался под строгим взглядом бабушки.
— Комплексы искусственно культивированных органов.
— Вряд ли вы поверите мне на слово, — тяжело вздохнул Чен, — а доказательств в таком деле нет и быть не может. — Он искоса взглянул на Седрика, словно включая того в состав участников переговоров. — Да, у меня есть клонированная копия, получившая название.., двойник, получивший имя Гэвин Вон. Его создание было необдуманным поступком, о котором я очень сожалею. И я давно дал себе клятву, что не причиню Гэвину никакого вреда. По достижении совершеннолетия он получит полную свободу и сможет сам выбрать свой жизненный путь.
— Ты так думаешь? — издевательски осклабился Гранди. — Это ты сейчас так думаешь! Посмотрим, что ты запоешь, когда начнешь хвататься за сердце — или печень откажет. Утопающий не рассуждает о моральных