Струны стр. 196
очередь потому, что утратили контакт с объектом наблюдения. Они следили за путями отхода — аэропортами, станциями трубы и так далее. Им и в голову не приходило, что Седрик не понимает грозящей ему опасности. Они устали и боялись весьма вероятных последствий своей некомпетентности. Они вспоминали, как трудно выбить из ЛУКа пенсию. Все это, конечно же, мои предположения.
— А мне-то казалось, — ехидно ухмыльнулся Гранди, — что этот, который тут сидит, — Моррис.
— И как же они его нашли? — спросил Чен. Бабушка молча, одним насмешливым взглядом, переадресовала вопрос Седрику.
В ангаре было холодно, очень холодно.
— Это что, мой звонок в Мидоудейл?
— Да, — кивнула бабушка. — Чивер доложил о звонке своим работодателям. И луковские бандиты снова сели тебе на хвост. Так что, — повернулась она к Чену, — не я первая нарушила негласную договоренность.
— Я слышал о событиях в “Президент Линкольн-Отеле” — только без подробностей.
— Мы выслушали чудовищное нагромождение лжи, — поморщился Гранди. — Однако, прежде чем выступить с опровержениями, мне хотелось бы задать вопрос — чисто гипотетический вопрос. Когда этот немец вломился в комнату мальчишки, первым делом он деактивировал наблюдательные устройства — все до единого.
— Что же тут удивительного — самый естественный поступок, — пробормотал Чен, сонный орган, разговаривающий сам с собой.
— Но чем же он занялся потом, а? Мои люди — не забывайте, пожалуйста, что мы обсуждаем гипотетический случай, — мои люди ждали очень долго. Зрелый мужчина и мальчишка провели в спальне целых три часа. Ну как, парень, хорошо вы позабавились? Получил удовольствие?
Седрика чуть не стошнило. И не столько от слов, сколько от мерзкого, издевательского голоса и злорадной улыбочки. В ноздри ударил запах того сарая, сердце снова сжалось от ужаса — как тогда, когда они стаскивали с него штаны. Он зафитилил Грегу в зубы, очень удачно саданул Дуэйна локтем в пах и с воплем помчался к Мадж, на спасительную кухню. Бежал и боялся ультрафиолета, поливавшего его голую задницу, боялся гораздо больше, чем Грега и Дуэйна с их непонятными намерениями. Было ему тогда лет двенадцать. И как же он ликовал через два года, когда эта парочка покинула Мидоудейл!
Чен слегка пожал плечами и снова обратился к бабушке:
— Один из представителей Великого Леванта — достопочтенный Мохаммед Леви — выдвинул интересное предложение.
Было в его интонациях что-то такое, что заставило Седрика забыть и о Гранди, и о Дуэйне, и о “Президент Линкольн-Отеле”.
— Да, — кивнула бабушка, — я знакома с ключевыми пунктами этого проекта.
— И что это за пункты? — зловеще прошипел Гранди.
Чен молчал.
— Во-первых, — начала бабушка, — все функции Генеральной Ассамблеи передаются Парламенту, с двухлетним переходным периодом. Во-вторых, Парламент ратифицирует статус Института с сохранением всех существующих структур. По мере того как Парламент берет на себя ответственность за выполнение ооновских программ, в его фонды поступает все большая доля налогов, выплачиваемых компанией “Стеллар Пауэр”. Всем сотрудникам ООН обеспечивается либо сохранение работы, либо щедрое выходное пособие и пенсия. Таким образом произойдет мирная передача власти.
Даже Седрик, при всем своем дремучем невежестве, понял значение этого плана. Важные переговоры? Исторические! Эпохальные! Мир без Организации Объединенных Наций?
Лошадиная физиономия Гранди побелела, коричневатые дефекты пигментации приобрели пугающее сходство с трупными пятнами:
— А ваш любовничек, Хейстингз? Когда мы увидим его за решеткой?
— Он