Библиотека

«Штурмфогель» без свастики стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

редеть волосы, заговорил Мессершмитт. — Отдел вооружений ждет такой самолет, но, поверьте, Хейнкель снова зарвется.

— Неужели вы думаете, что мы сможем закрыть работы Хейнкеля над этим самолетом?

— Я не говорил об этом, — пробормотал Мессершмитт.

— Словом, время покажет, что выйдет у Хейнкеля, — пришел на выручку Пихт.

— Да, конечно, время, время… — Мессершмитт оценил полученные сведения и судорожно думал, как бы отблагодарить за них адъютанта Удета.

2

Если бы Мессершмитт знал, о чем несколько часов назад говорил расторопный адъютант Удета его летчику-испытателю Вайдеману, он вряд ли бы предложил ему выгодное дело.

Но разговор проходил с глазу на глаз, притом в

машине Пихта.

— Как у тебя идут дела, Альберт? — спросил Пихт, едва машина двинулась с места.

— Кажется, я неплохо устроился, но скука…

— Ты можешь развеяться хотя бы в Аугсбурге.

— Но я не сынок Круппа и не родственник президента рейхсбанка!

— Деньги можно делать всюду, где имеют о них представление.

— Мне платят за голову, которая пока цела.

— В лучшем случае, — проговорил Пихт, глядя на дорогу.

— Что ты этим хочешь сказать, Пауль?

— Хуже, если ты останешься инвалидом и тебя отправят в дом призрения, где собираются неудачники и старые перечницы…

Пихт знал, чем уязвить Вайдемана. Альберт всегда жил гораздо шире своих возможностей и частенько оставался без денег.

— В конце концов каждый старается где-то что-то ухватить, — продолжал Пихт, — Разница лишь в измерениях, в нулях, словом.

— Как же ты, к примеру, ухватываешь? — Вайдеман заглянул в лицо Пихта.

— Очень просто, — с готовностью ответил Пихт. — Я работаю на Мессершмитта.

— Я тоже работаю на Мессершмитта, но что-то он не платит мне больше тысячи марок.

— Еще тысячу ты можешь получать от Хейнкеля.

— Каким же образом?

— Положись на меня. Это я устрою тебе по старой дружбе.

— Как я буду окупать эти деньги?

— Ты будешь передавать ему все сведения о «Штурмфогеле».

— Ах ты каналья, Пауль! Я же нарушу в таком случае один весьма существенный пункт контракта…

— Пустое. Он не стоит тысячи марок. Ведь и ты и я работаем для рейха. А если, шефы грызутся, то это не наше дело. Пусть грызутся, лишь бы скорее кто-то из них сделал хороший самолет.

Вайдеман сдвинул фуражку на затылок и поскреб лоб.

«А что, если Пихт подложит мне свинью? Да меня Мессершмитт заживо съест. Хорошо — Мессершмитт, а Зейц, а гестапо? Но ведь Пихт старый товарищ. К тому же он сам ляпнул о своей дружбе с Мессершмиттом, и, узнай об этом Удет, ему не сносить головы за разглашение служебной тайны. И опять же тысяча марок… Это очень неплохие деньги за какие-то фигли-мигли «Штурмфогеля», который еще неизвестно когда обрастет перьями…»

— Хорошо, Пауль. Я буду работать на этого старичка Хейнкеля, если он и вправду соберется платить мне по тысяче марок. Только кому и как я должен передавать эти сведения?

— Наверное, пока мне, а я — ему. — Пихт достал блокнот и авторучку. — Пиши расписку и получай аванс.

«Оппель» затормозил. Дорога была пустынна. За вспаханным полем виднелась лишь маленькая деревушка.

— Может, без расписки… — проговорил, упав духом, Вайдеман.

— Расписку я потом уничтожу. Но надо же мне отчитаться! Аванс солидный — тысяча пятьсот

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.