Судные дни стр. 79
И мы в нем на главных ролях! Вот только Макс забыл нам об этом сказать.
– Че?
– Шучу. Приезжай быстрее. И «Кэнон» возьми. Оно показалось на стене кухни.
– Это что?
– Рука.
– В сторону отойди.
– Смотри, – Кайл провел пальцем по костям предплечья на стене. Запах почти пропал, но какие-то следы от него еще остались. – Предплечье. Вот это вроде похоже на ладонь. А шишка с этой стороны тогда локоть. Дай увеличение.
Дэн посмотрел на Кайла через видоискатель:
– Ты сам это сделал.
– На фиг пошел.
– Точно?
– Точно. Я тебе говорил, что мне приснился странный сон. Потом я проснулся в другом сне. Как будто я висел в воздухе, и у меня было другое тело, – Кайл поежился и взглядом поискал у Дэна поддержки. – То же самое мне снилось в Кане. Как будто я – кто-то другой. А когда проснулся, то услышал эти звуки, и…
– Кайл. Я в эту фигню не верю.
– Дэн! Я серьезно! Это все правда. Кошка хотела на улицу и скреблась в дверь, она меня и разбудила. А ее последний раз так напугал соседский фейерверк год назад.
– Отлично. Значит, это кошка. Я даже тебе поверил.
– Забудь про кошку! Во сне я слышал стук. Шаги. Именно они кошку и напугали. Я выпустил ее, а потом
вернулся и посмотрел в ванной и на кухне. Тут пахло так же, как во Франции. И на Кларендон-роуд. И пахло отсюда. – Кайл ткнул в пятно на стене. – Хлопали дверцы шкафа. Их открывали изнутри. И здесь оказалось это пятно, которое воняет, как сточная труба. Ну и? Что скажешь, чувак? В отеле была такая же рука.
Дэн пожал плечами, но при этом побледнел под цвет холодильника.
– И почему именно ты? Я не вижу никаких снов. И никаких задниц на стенах у меня нет. А я ведь был на обеих съемках.
– Понятия не имею, – от слов Дэна Кайлу на секунду стало легче, но потом он вспомнил, как Макс спрашивал, не коснулось ли его что-то. – Он что-то знает. Старикан.
– Что?
– Макс. Он спрашивал, не чувствовал ли я прикосновений. Понимаешь – прикосновений! С чего бы ему такое спрашивать?
– Но ведь ничего не было?
Кайл посмотрел на Дэна:
– Я… мне кажется, кто-то был в храме. Как будто кто-то за мной бежал. В темноте. И я что-то почувствовал. Что-то на шее…
– Ты ничего мне не говорил.
– Потому что в домике Катерины было еще хуже, а потом Гавриил попал в капкан. Я сказал, что в ее домике кто-то был. Как будто… на меня смотрели. – Кайл посмотрел в стену и провел по лицу ладонью. – Бред какой-то.
– М-да. Я, пожалуй, посижу, обдумаю расклад. У тебя есть что-нибудь пожрать?
– Да ну тебя.
– И почему я не удивлен?
– Давай снимем меня сейчас. Хочу записать то, что было ночью. Типа видеодневник.
Когда они закончили черновой монтаж нормандской съемки, уже стемнело. Копии ночной работы Мауса прибыли в полдень, когда Кайл уже наговорил на камеру не предусмотренный сценарием текст о том, что случилось с Гавриилом на ферме, о смерти Сьюзан Уайт, о неизвестном доселе прошлом исполнительного продюсера, о своих собственных снах и пятнах на стене кухни. Потом он в одиночестве уселся за стол и попытался