Шутники на Новом Гиббоне стр. 8
с Уги.
Валленштейн был безутешен, пока наконец Дэнби, выйдя на берег, не признался в своей шутке с горчичным спиртом. После этого германский резидент несколько повеселел, хотя и продолжал с ожесточением закручивать свои желтые усы, проклиная Соломоновы острова на четырех языках.
На следующее утро с верхушек мачты «Уондера» было видно, что в лесу во многих местах поднимался сигнальный дым. От мыса к мысу и в самой чаще джунглей клубился дым горящих костров, передавая сигналы по острову. Даже самые далекие поселения, расположенные на возвышенностях, куда не добирался сам Мак-Тавиш, присоединились к этим тревожным переговорам. С реки раздавался сумасшедший звон в раковины, и на протяжении многих миль воздух был наполнен оглушительным треском военных барабанов — обрубков дерева, выжженных внутри и выдолбленных посредством орудий из камня и раковин.
— Вы находитесь в безопасности, пока вы все вместе, — сказал Гриф управляющему. — Я отправлюсь в Гувуту. Они не решатся атаковать вас на открытом месте. Но прекратите работы. Не расчищайте леса, пока все это не уляжется. Они будут нападать на ваши отдельные отряды рабочих. И что бы они тут ни предприняли, ни в коем случае не ходите искать Кохо. Если вы сделаете это, он вас поймает. Вы должны ждать Мак-Тавиша — вот и все. Я пошлю его к вам с отрядом его малаитских бушменов. Это единственный человек, который может осмелиться проникнуть внутрь острова. Итак, пока он не придет к вам, с вами останется Дэнби. Вы согласны, мистер Дэнби? Я пришлю Мак-Тавиша на «Ванде». Вы вернетесь на ней и присоединитесь к «Уондеру». Капитан Уорд в это время управится без вас.
— Я только что хотел предложить вам это, — отвечал Дэнби. — Я никогда не воображал, что вся эта кутерьма может подняться из-за какой-то шутки. Я считаю себя, безусловно, виноватым во всем этом.
— Так же и я, — вставил Валленштейн.
— Но я начал все это, — заметил приказчик.
— Возможно, но я продолжил.
— А Кохо закончил, — произнес Гриф.
— Во всяком случае, я останусь, — сказал немец.
— А я полагал, что вы отправитесь со мной в Гувуту, — возразил Гриф.
— Я думаю то же самое, но я должен быть здесь, отчасти по моей должности, а кроме того, я сделал глупость. Я останусь и постараюсь поправить дела.
VПрибыв в Гувуту, Гриф послал инструкции Мак-Тавишу с кечем, вербовавшим рабочих. Кеч как раз направлялся на Малашу. Капитан Уорд на «Уондере» поплыл к островам Санта-Крус, а Гриф, получив от британского правителя вельбот и команду чернокожих, переплыл пролив к Гвадалканару, чтобы осмотреть поля позади Пендефрина.
Три недели спустя, на полных парусах, при попутном ветре, он миновал коралловые рифы и вошел в спокойные воды стоянки Гувуту. Бухта была пуста. Стоял лишь маленький кеч. Гриф узнал в нем «Ванду». Она, по-видимому, только что вошла через пролив Тулаги; чернокожие еще были заняты спуском парусов. Когда Гриф поравнялся с кечем, сам мистер Мак-Тавиш подал ему руку, помогая подняться на палубу.
— В чем дело? — спросил Гриф. — Разве вы еще не уезжали?
Мистер Мак-Тавиш кивнул:
— Уезжал и уже вернулся. На судне все в порядке.
— Как дела в Новом Гиббоне?
— Все так же, как и было,