Свадьба Берсерка стр. 184
Забава. Богиня монист — богиня бус, выходит? Дева, что смотрит — это про нее? А Фрейра жеребец… при чем тут конь чужанского бога? Да и остальное — долина, копье…
И тут Забава покраснела, потому что вспомнила, чем таким заправлял у нартвегов бог Фрейр. Тем самым стыдным делом, которым муж с женой занимаются. Помимо прочего.
Следом она с изумлением окинула взглядом всех чужан, стоявших в широком круге. Это про что же они песню поют?
Но в узком круге, где стояли люди, державшие копья, уже шел, притоптывая в танце, Свальд. И первый шлем слетел, сбитый его ногой…
Болли, стоявший рядом с Забавой, покосился на нее. Глухо прошептал:
— Это всего лишь друг жениха, Сванхильд. Прибереги свои восторженные взгляды для ярла Харальда. Только для него.
И Забава, покраснев еще больше, отвела взгляд, опустила голову. Не о том подумал Болли — а ведь и другие так могли подумать…
И Харальд тоже.
Ислейв, стоявший с другой стороны от Забавы, тут же добавил:
— Подними голову, Сванхильд. Иначе люди подумают, что ты недовольна женихом. И тебя выдают замуж против воли.
Она послушно вскинула подбородок, посмотрела на следующего мужчину, вышедшего танцевать в круг. Тем взглядом, каким глядела на тетку Насту. Пустым, никаким.
Подумала — может, хоть так всем угодит.
— И как только ярл выйдет в круг, начинай улыбаться, — посоветовала из-за спины Гудню.
Забава вздохнула, с тоской посмотрела на Харальда.
Следующий шлем упал, ловя желтоватые отблески факелов.
Со Сванхильд что-то не то, размышлял Харальд, разглядывая свою невесту, стоявшую в окружении родичей. Сначала она с изумлением уставилась на всех — и на Свальда, как раз сейчас сбивавшего шлемы. Словно в первый раз его увидела. И даже в свете факелов было видно, как она покраснела при этом.
Потом опустила голову, снова вскинула. Посмотрела уже отстраненным взглядом.
Спрошу за столом, решил он.
И ощутил, как его покидает спокойствие.
Своей очереди выйти в круг Харальд дожидался с нетерпением. Крикнул, выйдя:
— Выше.
Копья вздернулись, шлемы заблестели на фоне темного неба. Толпа радостно загудела. Харальд двинулся по кругу, притоптывая. Прыгнул в развороте, сбил первый шлем краем ступни. Увидел несмелую улыбку Сванхильд…
И тут же, через два шага, прыгнул снова, сбивая следующий шлем. Не проходясь перед этим по кругу, чтобы тело отдохнуло перед новым прыжком.
Воины взревели.
Еще два шага. Снова прыжок. Снова дружный рев глоток.
И глаза Сванхильд, устремленные на него — изумленные, распахнутые еще шире, чем прежде, когда в круге танцевал Свальд.
Харальд ухмыльнулся. И пошел сбивать шлемы один за другим, не отвлекаясь на притоптывания. Когда упал последний, восьмой шлем, развернулся к Сванхильд.
В теле что-то звенело — странное напряжение накатывало от живота к груди, на спине зудели шрамы…
Тихо, люто подумал он.
И пошел через весь круг к своей невесте.
Сванхильд смотрела — и улыбалась. Смущенно, счастливо. Потом заморгала, прикусив губу…
Плачет, с изумлением понял Харальд. От радости?
Зудение в шрамах, пока шел и смотрел, становилось все тише.
Харальд остановился, не дойдя до Сванхильд три шага. Вперед вышел Кейлев.
— Кейлев Хродульфсон, — объявил Харальд. — Я пришел за твоей дочерью. Принес за нее, как мы и условились, двести марок серебром. Вот мой выкуп за Сванхильд, твою