Священная охота стр. 158
может выдать, как важен для него ответ, и постарался взять себя в руки. Из компании выборщиков теперь выпали пять древних кланов: три перестали существовать, два утратили влияние. Их незаметно заменили священнослужители, и кто мог бы сказать, что они — менее истинные представители народа? Однако выборы когда-то превратили Хорсривера в короля-мага, превратили его в нечто выдающееся. «Да он и так никогда не перестал быть таким, разве не так?» Не пуст ли современный священный король в какой-то своей части, потому что Хорсривер благодаря своему бессмертию удерживает нечто, что ему следовало бы отдать?
Биаст, который во время этого разговора беспокойно ерзал в кресле, перебил Ингри:
— Если обвинение против Венсела соответствует истине, я очень тревожусь о безопасности своей сестры.
Ингри не испытывал к Фаре пламенной любви после того, что она сделала с Йядой, но, вспомнив об участи предыдущей жены-матери Хорсривера, не мог не согласиться с принцем.
— Ваша тревога кажется мне обоснованной, милорд.
Это признание заставило Хетвара выпрямиться в кресле.
— Слова принца напомнили мне, милорд хранитель печати, — добавил Ингри, — что граф Хорсривер намекал: он желал бы взять меня к себе на службу. Умоляю вас: если он попросит, откажитесь отпустить меня. Я опасаюсь отказать ему сам: мне не хотелось бы вызвать его враждебность.
Хетвар нахмурил брови, лихорадочно оценивая варианты. Настоятель пристально взглянул на Ингри и процедил:
— Два оскверненных духами человека под одной крышей? Почему он стремится к этому?
— Вы торопитесь с выводами, настоятель, — возразил Ингри. — Граф обвинен, но еще не осужден.
Фритин повернулся к Льюко.
— Просвещенный…
Льюко развел руками.
— Мне нужно присмотреться к графу и получить помощь моего бога… которого я не могу заставить.
Фритин, нахмурившись, снова взглянул на Ингри.
— Я хотел бы, чтобы вы высказались более ясно, лорд Ингри.
Ингри пожал плечами.
— Подумайте, настоятель, чего вы от меня требуете. Если вы желаете, чтобы я свидетельствовал о невидимом и сверхъестественном, вы не можете быть особенно разборчивы. Вы должны верить или всему, или ничему. И я сомневаюсь, что вы захотите видеть во мне посланца богов, передающего вам их приказания. — Предоставив Фритину переваривать это свое замечание, Ингри продолжал: — Что же касается желания Венсела взять меня на службу — он говорит, что вспомнил о нашем родстве. С опозданием, надо отметить. — Что ж, это в определенном смысле было правдой.
— Вы готовы оставить мою сестру без защиты в доме, куда боитесь отправиться сами, — возмутился Биаст. Наморщив лоб, он медленно протянул: — Вы ведь преданны лорду Хетвару, не так ли?
«Он ни разу не предал меня… до сих пор». Ингри молча поклонился.
— И если обвинение не ложно, — продолжал Биаст, — кто лучше вас защитит принцессу от… от любого магического нападения ее супруга или поможет ей бежать в случае необходимости? И вы могли бы наблюдать и сообщать…
— Шпионить? — заинтересованно спросил Фритин. — Как вы думаете, Хетвар, он сумеет это сделать?
Ингри поднял брови.
— Вы желаете, чтобы я принес ложную присягу господину? — любезно поинтересовался он.
— Прекратите, Ингри, — рявкнул Хетвар. — Ваши кладбищенские шутки неуместны на этом совете.
— Так это была шутка? — пробормотал Биаст.
— Насколько он вообще умеет шутить.
— Удивляюсь, как вы такое терпите.
— Его странный стиль бывает полезен. Время от времени. Ингри ходит собственными кривыми путями