Священная охота стр. 19
я не коснулась уже умирающего Болесо.
— Но вы же можете описать все иначе. Никто не сможет опровергнуть ваших слов.
Леди Йяда бросила на Ингри обиженный взгляд.
«Нужно будет еще вернуться к этой теме».
— Ну ладно. А потом?..
— Той ночью, уже оказавшись взаперти, я видела очень яркие сны. Жаркие леса, прохладные долины… Я валялась в золотистой траве с другими молодыми кошками, пятнистыми, с мягким мехом, но с острыми зубами. Потом незнакомые люди… сети, клетки, ошейник. Путешествие на корабле, путешествие в повозке. Новые люди, жестокие или добрые. Одиночество. В этих снах не было слов, только чувства, образы, сильные запахи. Наводнение запахов, целый
новый континент ароматов…
Сначала я подумала, что схожу с ума, но потом решила, что это не так. Кладовка, в которой меня заперли, очень походила на клетку, и люди — жестокие или добрые — приносили мне еду и убирали помещение. Все было знакомым… даже успокаивающим.
На вторую ночь мне снова снились сны леопарда, но на этот раз… — Голос леди Йяды дрогнул, но тут же снова сделался ровным. — На этот раз мне явило себя Присутствие. Ничего нельзя было увидеть в том темном лесу, но запахи были такими восхитительными… никакие благовония не сравнятся. Каждый осенний аромат леса и поля — яблоки и вино, копченое мясо и сухие листья, холодный синий воздух… я вдыхала благоухание осенних звезд и плакала от их красоты. Дух леопарда начал скакать от восторга, как собака, прыгающая вокруг хозяина, или кошка, которая трется о щиколотку хозяйки. Он мурлыкал, выгибался, повизгивал.
После этого на дух леопарда сошло умиротворение. Он больше не казался ни яростным, ни испуганным. Он просто… лежит удовлетворенный и ждет. Нет, даже более чем удовлетворенный: полный радости. Я не знаю, чего он ждет.
— Чье-то присутствие… — повторил Ингри. «Нет, она сказала иначе — Присутствие». — Как вы думаете — это был бог? То, что явилось вам в темноте?
Только разве он сомневался? Сияющая — таксам Ингри назвал леди Йяду, и это было совсем не зрительное впечатление, как Ингри ни пытался сам с собой спорить. Даже в первые моменты, полные растерянности, он не принял сияние за чисто физическую красоту.
На лице девушки внезапно отразилась ярость; она прошипела сквозь стиснутые зубы:
— Оно приходило не ко мне, Оно приходило к этой проклятой кошке. Я плакала и умоляла, чтобы Оно явилось мне, но Оно не пожелало. — В голосе леди Йяды появилась задумчивость. — Может быть, Оно и не могло. Я ведь не святая, достойная того, чтобы во мне поселился бог.
Пальцы Ингри нервно теребили мох. Рана на голове наконец перестала кровоточить, и кровь больше не стекала ему на брови.
— Ходили слухи — хоть кинтарианские жрецы это и отрицают, — что древние жители Вилда пользовались духами животных, чтобы общаться с богами.
Прелестный подбородок девушки решительно вздернулся, глаза сверкнули так яростно, что Ингри едва не отшатнулся. Только теперь — да и то всего на краткий миг — он увидел, какой же безумный страх скрывается, да и все время скрывался, за ее самообладанием.
— Ингри, будь вы прокляты, вы должны рассказать мне, обязательно должны рассказать, иначе я и вправду сойду с ума, — как вы обрели дух вашего волка?
Это было не