Священная охота стр. 192
увидеться с Йядой — как можно скорее и втайне. И им нужно обмениваться мыслями. Нельзя ли использовать их странную связь для передачи сообщений? «Один раздернуть — „да“, два раза — „нет“». Ну, может быть, и не так, но какой-то способ должен найтись…
Мрачные размышления Ингри были прерваны пажом: постучав в дверь, он передал распоряжение графа явиться к нему. Ингри вооружился, накинул длинный придворный плащ и спустился в холл; Хорсривер, который, должно быть, совсем недавно вернулся, собирался куда-то снова.
Что-то тихо приказав перепуганному груму, граф вежливо кивнул Ингри.
— Куда мы направляемся, милорд?
— Во дворец священного короля.
— Разве вы только что не вернулись оттуда?
Венсел покачал головой.
— Время почти пришло. Думаю, король не проживет до утра. Есть такой особый восковой оттенок кожи, — граф провел рукой по лицу, — который предсказывает приближающуюся смерть.
Уж Хорсривер должен знать такие вещи… и с той, и с другой стороны, неожиданно понял Ингри. Они оказались одни в холле — слуги были посланы, чтобы поторопить Фару, — и Ингри, понизив голос, поинтересовался:
— Следует ли мне подозревать тебя в убийстве с помощью сверхъестественных сил?
Венсел пожал плечами, явно ничуть не обиженный таким предположением.
— Его смерть наступит без чьей-либо помощи. Когда-то — давным-давно — я мог попытаться ускорить ее или — что труднее — попытаться отсрочить. Теперь же я просто жду. Промелькнет несколько дней, и все свершится. — Хорсривер вздохнул.
Смерть, старая знакомая, не смущала Венсела, и все же его равнодушная усталость казалась Ингри маской. Глубоко внутри таилось какое-то напряженное предвкушение, проявлявшееся только в нетерпеливых взглядах, которые граф бросал на лестницу, где должна была появиться Фара. Наконец принцесса вышла из своих покоев — бледная, застывшая, в черных одеждах.
Ингри с фонарем в руке шел впереди по темным улицам Королевского города: единственный сопровождающий, которого пожелал иметь Хорсривер. Вечерний воздух был холодным и сырым, к полуночи камни мостовой станут скользкими от росы, но в безоблачном небе сияли первые звезды. Венсел, на руку которого опиралась Фара, вел себя с неизменной холодной вежливостью. Ингри напряг чувства — все свои чувства, — но не обнаружил в сгущающихся сумерках новой угрозы. «Ну конечно. Угроза — это мы, Венсел и я ».
Факелы у входа во дворец священного короля бросали колеблющиеся отсветы на стены. Теперь уже только воспоминания связывали это строение с бревнами и дранкой: дворец был каменный, как и все жилища знати в Истхоме, выстроенные в последние годы дартаканского правления. Гвардейцы поспешили распахнуть кованые двери и низко склонились перед дочерью короля и ее супругом. Воины казались угнетенными тем, насколько все
их пики и мечи бессильны защитить их господина от охотника, который придет за ним этой ночью. Хотя спальня короля находилась в дальнем конце здания, голоса слуг, сопровождавших принцессу и ее спутников через еле освещенные душные залы, звучали приглушенно и печально.
Впереди льющийся из открытой двери свет играл на полированных досках пола. Ингри сделал глубокий вдох и следом за графом и принцессой вошел в спальню короля.
Глава 21
В комнате оказалось менее многолюдно, чем ожидал Ингри. У изголовья постели сидели облаченный в зеленую мантию целитель-дедикат и сопровождающий его аколит; их унылое спокойствие говорило о том, что все ухищрения медицины уже бесполезны.