Священная охота стр. 38
отослала их, добавив, что предпочитает, чтобы ей прислуживали ее собственные люди, и шепотом поделившись с Ингри:
— Я сейчас устраиваю такой беспорядок, что не решаюсь есть при посторонних.
Ингри предусмотрительно отправил дуэнью ужинать в общий зал и не велел ей возвращаться, пока ее не позовут. Бросив на Халлану любопытный взгляд, женщина неохотно удалилась.
Бернан доложил, что кони благополучно размещены в конюшне храма, колесо тележки починено, а на ночлег волшебницу ждет к себе местная целительница, обучавшаяся когда-то в Сатлифе. Ингри, хоть ничего такого не планировал, оказался за столом с женщинами. Бернан поднес всем чашу для омовения рук, а жрица быстро пробормотала молитву.
Херги повязала своей госпоже салфетку размером со скатерть и стала помогать, ловко подхватывая падающие кубки, опрокидывающиеся кувшины, разлетающиеся куски жаркого; чаще всего ей это удавалось, хотя и не всегда.
— Пейте свое вино, — посоветовала волшебница. — Через полчаса оно прокиснет. Мне нужно будет покинуть гостиницу до того, как хозяин обнаружит, что с пивом в бочках тоже не все в порядке. Ну, зато все блохи, вши и клопы не переживут моего присутствия, так что, пожалуй, обмен будет равноценный. Лучше мне не задерживаться: иначе подохнут и все мыши, бедняжечки.
Леди Йяда была, по-видимому, также голодна, как и Ингри, и за столом на некоторое время воцарилось молчание. Халлана наконец нарушила тишину, решительно поинтересовавшись природой несчастья Ингри, связанного с волком. У Ингри, несмотря на голод, перехватило горло, но все же он сумел пересказать Халлане свои путаные воспоминания о давних событиях — более подробно, чем поведал о них Йяде. Обе женщины слушали его завороженно. Ингри несколько смущало то, что Бернан, удалившийся со своей тарелкой на скамью у окна, и Херги, умудрявшаяся что-то жевать, не прекращая ухаживать за своей госпожой, тоже слушали его рассказ. Что ж, слуги храмовой волшебницы должны уметь хранить секреты...
— Проявлял ли ваш отец и раньше интерес к жертвоприношениям животных и древней магии Вилда? — спросила Халлана, когда Ингри кончил описывать обряд.
— Насколько мне известно, нет, — ответил Ингри. — Все это показалось мне очень внезапным.
— И почему он совершил такую попытку именно тогда? — пробормотала Йяда.
— Все, кто что-нибудь знал, погибли или бежали, — пожал плечами Ингри. — К тому времени, когда я поправился достаточно, чтобы задавать вопросы, не осталось никого, кто мог бы мне что-то рассказать. — Его ум шарахался от разрозненных обрывков воспоминаний о тех мучительных неделях. Некоторым вещам лучше оставаться забытыми.
Халлана запустила зубы в кусок жаркого, прожевала и спросила:
— Как случилось, что вы научились держать своего волка
связанным?
«Вот это и есть одна из таких вещей».
Ингри потер шею, но это не принесло ему облегчения.
— Древний закон Аудара, который гласит, что тех, кто осквернен духами животных, следует сжигать заживо, ни разу не применялся на памяти даже стариков. Наш местный жрец, знавший меня с рождения, приложил все старания, чтобы избавить меня от такой участи. Как оказалось, следователь храма, посланный расследовать случившееся, постановил, что, поскольку преступление было совершено не по моей воле, а навязано мне лицами, повиноваться которым предписывал мне долг, — все равно что отрубить человеку руку за то, что его ограбили. Так что я был формально прощен,