Свидетель истории стр. 91
и все наши вас любят. Вот увидите, Анюта, мы что-нибудь с вами придумаем. А пока - будьте очень осторожны! Чтобы ни-ни! Будто бы вы - наш враг! Понимаете, Анюта?
ТЮРЕМНЫЕ ЗАБАВЫ
По вечерам камера номер восемь забавляется новой игрой: на одну из каторжанок, которая повыше и посильнее других, набрасываются по двое или по трое и стараются быстро и ловко повалить ее на пол и связать длинными полосами, сделанными из простыни. Та, на которую набросились,- часто это бывает рослая и сильная Наташа,- должна отбиваться, но, конечно, не должна кричать; предполагается, что ее рот заткнут платком. Связав, ее укладывают к стене и смотрят, может ли она освободиться.
- Ну, конечно, могу! Вы, Маруся, опять не перекрутили узла! Вот я делаю руками так и так... подождите... вот еще так,- и теперь эта рука может легко выпутаться. Не сразу, а все-таки можно.
- Я не хотела делать вам больно.
- Вот глупости! И совсем не больно. Нужно же научиться.
Игра повторяется, теперь уже на новой жертве. На нее накидываются с двух сторон, хватают за локти, выкручивают руки назад, быстро связывают мертвым узлом. Она отбивается босыми ногами (чтобы не ударить больно), но ей связывают ноги у щиколоток и выше колен. Пока трое работают, остальные критически обсуждают быстроту и ловкость их действия.
- Все-таки долго, почти шесть минут! Нужно в три минуты, не дольше!
- Надя очень сильная, ее трудно. И очень отбивалась.
- Так и следует! А вы думаете, что кто-нибудь не станет отбиваться? И может быть, гораздо сильнее.
- Особенно - мужчина!
Снаружи легкий стук в дверь. Связанной быстро помогают лечь на койку, прикрывают ее одеялом, и все разбегаются по своим местам. Камера спит.
Через несколько минут дверное оконце открывается, и голос Анюты спокойно говорит:
- Ничего! Внизу дверью хлопнули, я думала - старшая идет. Уж очень вы шумели!
Дверца захлопывается, и игра продолжается.
- Знаете, Надя Протасьева, вы так больно меня ударили, что я чуть не закричала. Будет на руке синяк!
- А вы держитесь сбоку, чтобы нельзя было задеть вас ногой.
- Нужно повалить ничком, тогда не опасно!
- Если дать подножку...
Вопрос о подножке горячо обсуждается. Большинство высказывается положительно.
- Я думаю,- говорит Наташа,- что следует сначала набросить на голову наволочку. Тогда и отбиваться труднее, да и не видно, кто связывает.
Наволочка принята.
- Ну, теперь спать! Не забудьте о гимнастике.
Две девушки, неизменно выступающие в роли нападающих, так как они физически сильнее, от гимнастики освобождаются: и без того очень устали. Но завтра утром - непременно.
Гимнастика - общее увлеченье. И вообще полезна, и может всегда пригодиться в жизни. Староста камеры, Наташа Калымова, строго следит за точным выполнением всех номеров: перегибание корпуса, круговые движения, приседание - все по команде, хотя места в камере очень мало. И утром и вечером! Две недели опыта показали, что и мускулы укрепляются, и развивается ловкость. Даже самая слабая из заключенных, восемнадцатилетняя Елена, только в этом году осужденная на каторгу, больная легочным процессом, теперь проделывает все нужные движения шведской гимнастики и уверяет, что чувствует себя гораздо лучше и что по вечерам у нее не так повышается температура;