Свинья или гусь стр. 22
Однако теперь я оказываюсь в весьма двусмысленном положении.
– Потому что у вас был мотив и возможность для убийства его отца?
– Мотива фактически не было! Я собирался ехать к Жильберу еще вчера: он второй месяц торчит в Сен-Клод. Но эта чертова погода, а затем мальчишка с известием о мосте разрушили все мои планы.
– Но как друг мог вам помочь? Насколько мне известно, он фактически был наемным работником у своего отца.
– Эти деньги мне были нужны, чтобы рассчитаться с долгами, а чтобы расплатиться с Греньи, потребовались бы более решительные меры. У Жильбера немало связей в городе – он вполне мог помочь мне устроиться на службу или даже взять к себе в лавку.
– Вчера вечером, шевалье, мне не показалось, что вы готовы к таким переменам в жизни, – осторожно заметил доктор.
– Я был в отчаянии, был зол! На себя, брата, на всех… До рассвета я просидел в обнимку с бочонком вина в своей комнате, а узнав об убийстве, совсем потерял голову. Попади эта бумажка в чужие руки – и рассчитывать на снисхождение Жильбера или суда мне не придется.
– Это несомненно наведет на вас подозрения.
– Да. Но я первым делом уничтожил бы расписку. А она и поныне находится где-то среди вещей старика. В этом и есть мое оправдание для разумного человека, но много ли таковых среди судейских чиновников?
– Поэтому вы и предложили мне вести расследование?
– Конечно. Собственно, вы теперь – моя последняя надежда. Я, разумеется, не останусь в долгу, если вы выполните свою часть договоренности.
“Что-то он темнит. Впрочем, доля истины в этих словах есть: расписку он бы уничтожил… если бы нашел” – подумал Андре, а вслух сказал:
– Можете на меня положиться. Пока эта бумага мне не попадалась, но обещаю искать очень внимательно. Хотелось бы узнать, о какой сумме идет речь?
– Сто золотых экю, старый проныра ссудил мне сто золотых, – горестно ответил шевалье.
– Я имел в виду, сколько вы намерены дать за эту расписку.
– Простите. Думаю, двух экю будет достаточно?
– Вполне. Половину я хотел бы получить сейчас.
– Конечно! – воскликнул дворянин. Он подбежал к кровати и вытащил из-под подушки туго набитый кошелек. Возможно, следуя заветам матушки, шевалье надеялся таким образом приумножить свой капитал. Он протянул доктору золотой. Пряча монету, тот сказал:
– Насколько мне известно, какие-то вещи Греньи хранил в сарае. Я собираюсь обыскать его в ближайшее время… Вы выходили из номера после нашего прощания?
– Нет, сидел здесь. Едва глаза сомкнул, когда эта суматоха поднялась.
– Слышали что-нибудь внизу?
– Если бы! Я был пьян в стельку, едва себя помню.
– Что ж, мы закончили. Я буду держать вас в курсе событий. И советую не злоупотреблять спиртным до конца следствия.
Глава 5
Доктор зашел в свой номер. Он спрятал золото в сумке и взял плащ: на улице все-таки было прохладно, а простужаться совсем не хотелось. Когда Андре спустился, Лу со скучающим видом сидел за столом. Мсье Кланду погрузился в чтение и ничего не замечал вокруг.
Доктор вернулся к записям; он кратко изложил на бумаге свои беседы с постояльцами. Слуга, изнывая от безделья, покачивался на стуле; Пьер поглядывал на великана, явно переживая за сохранность своей мебели. Андре вполне разделял его опасения,