Свинья или гусь стр. 23
поэтому старался побыстрее закончить записи. Скоро он поставил последнюю точку и обратился к Лу:
– Сейчас нам нужно осмотреть сарай. Ведь ваш хозяин заглядывал туда после разговора с молодым дворянином?
Слуга кивнул и вдруг хлопнул себя по лбу.
– Мсье! Я что подумал: ключа-то одного нет!
– Нет?
– Ага, от сарая который. Я-то знаю, что их всего пять, да запамятовал, что от лавки в Бельфонтене хозяин ключа и не носил никогда, только вчера утром прицепил. А от сарая нету. Он здоровый такой, тяжелый…
– Все больше похоже на ограбление… Что ж, отправляемся туда.
Эрмите спрятал бумаги за пазуху, набросил плащ и в сопровождении Лу вышел во двор. Сарай, о котором говорил слуга, размещался по левую руку от двери: деревянная пристройка прилепилась к хозяйскому крылу гостиницы. Грязь во дворе почти успела просохнуть под холодным солнцем, и они без проблем подошли к дверям. На ржавых петлях висел тяжелый замок. Доктор покрутил его: замок был покрыт засохшей грязью.
– Ваш хозяин не слишком аккуратно обращался с трактирным имуществом.
– Это верно. Только не помню я, чтоб он замки в грязь кидал. Мне-то ключей не доверял, а сам бы мараться точно не захотел.
– Стало быть, сарай вчера снова открывали. Это уже интересно.
– Ключ здоровенный был, тяжелый. Хозяин его со связки
снимал, чтобы открыть, а потом обратно вешал.
– Как бы нам попасть внутрь… Дверь выглядит крепкой.
– Если надо, я замок мигом сшибу, – предложил Лу.
– Боюсь, хозяевам это не понравится. Спросим сначала у них.
Трактирщик занимался какими-то подсчетами за своей стойкой. Когда доктор со слугой подошли, он суетливо спрятал исписанный лист и вытянул руки по швам.
– Отличная выправка, Пьер. Нам нужно войти в сарай. Он на замке, а ключ, видимо, потерян. Вы дадите разрешение ломать двери?
– Да зачем же ломать, господин доктор? Я вас туда и так отведу. Этому все бы ломать… – трактирщик направился в кухню, позвав доктора и Лу за собой. Они прошли мимо котлов и сковородок в дальнюю дверь и оказались в хозяйском крыле.
Жилище Пьера и Элен представляло собой одну большую комнату. Вдоль стен примостились сундуки с одеждой и обеденный стол. Единственное окно, украшенное белоснежными занавесками, выходило во двор; напротив стояла хозяйская кровать, покрытая лоскутным одеялом.
На дальней стене висел полосатый домотканый коврик. Когда Пьер откинул его в сторону, взорам гостей открылась еще одна дверь. Путем нехитрых вычислений доктор понял, что она должна выходить в сарай. Так и оказалось: хозяин убрал тяжелый засов и распахнул дверь в темноту.
– Тут раньше второй выход был, хозяйский. Умно ведь, чтобы помои через зал не таскать! Только когда я гостиницу купил, этот сарай уже построили… Вот я старый дурак! Сейчас принесу свет, – трактирщик скрылся на кухне и через минуту вернулся с горящей лампой. – Обычно тут светло с улицы, но сейчас-то ворота не открыть.
В сарае было прохладно и сухо. Земляной пол покрывал слой лежалого сена: по-видимому, раньше здесь хранили корм для лошадей. Сейчас в сарае стоял только один тяжелый сундук. Андре откинул крышку. Там в беспорядке лежали полотняные мешочки с медью, золотом и серебром, на каждом красовалась отпечтанная эмблема Греньи. Понять, на месте ли все деньги, было невозможно. Ни одной бумаги внутри