Таблетка стр. 57
жалеть шелков!
Под Тринадцатым древним стихотворением Книги Песен (Ши-Цзин) была только маленькая приписка: «Ни, посидим сегодня в баре торгового центра напротив офиса?»
Ни Гуань повернул голову и посмотрел на Цинь. Она глядела в его сторону и нахально улыбалась. Ни Гуань улыбнулся в ответ и слегка покачал головой. В ответном сообщении Ни Гуань быстро настучал по памяти другое стихотворение из Ши-Цзин, раздел «Песни царства Тан», известное как «Сверчок»:
Осенний сверчок
живет уже в доме.
Видимо, год
кончается скоро…
Нам если сегодня
не веселиться,
с лунами дни
уйдут безвозвратно.
Но надо не гнаться
за наслажденьем,
а думать всегда
о собственном долге,
любить же веселье
не до разгула:
достойному мужу
в нем быть осторожным.
Осенний сверчок живет уже в доме. Видимо, год покинет нас скоро…
Нам если сегодня
не веселиться,
с лунами дни
уйдут понапрасну.
Но надо не гнаться
за наслажденьем,
а думать ещё
и о незавершённом,
любить же веселье
не до разгула:
достойному мужу
в трудах быть усердным.
Осенний сверчок живёт уже в доме. Время повозкам с поля на отдых… Нам если сегодня не веселиться, с лунами дни уйдут незаметно. Но надо не гнаться за наслажденьем, а думать ещё о многих печалях, любить же веселье не до разгула: достойному мужу быть невозмутимым.
Ни Гуань дописал от себя: «Товарищ Цинь, сегодня вечером мне придётся задержаться на работе. Товарищ Луань потребовал отчёт по северным варварам. Кстати, пришлите мне докладную о нарушениях графика поставок в Россию».
Получив ответ, девушка яростно застучала по клавиатуре, и через пару минут на экране Ни Гуа-ня загорелся флажок сообщения. Ни Гуань открыл и прочёл:
Быстро летит
сокол «утренний ветер».
Густо разросся
северный лес…
Давно не видала
я господина,
И скорбное сердце
так безутешно.
Что же мне делать?
Что же мне делать?
Забыл он меня
и, наверно, не вспомнит!
Растёт на горе раскидистый дуб, В глубокой низине – гибкие вязы… Давно не видала я господина,
и скорбное сердце неизлечимо. Что же мне делать? что же мне делать? Забыл он меня и, наверно, не вспомнит!
Растёт на горе
ветвистая слива,
в глубокой низине —
дикие груши…
Давно не видала
я господина, а о
с. з.
и скорбное сердце как опьянело. Что же мне делать? Что же мне делать? Забыл он меня и, наверно, не вспомнит!
Никаких приписок к стихотворению из «Песен царства Цинь» не было. Ни Гуань снова посмотрел на товарища Цинь. Товарищ Цинь зарылась в бумаги, её щёчки были слегка покрасневшими, а губки надутыми. Весь её вид говорил: «Вы бессердечный сухарь, товарищ Ни!» Или, если точнее: «Вы подобны засохшему стеблю дикого риса у калитки деревенского дома, который стоит одиноко с нетронутыми колосьями, когда пора жатвы уже прошла и белые зёрна его собратьев ссыпаны в крепкие амбары, его же обнимет только холодный снег, когда вечер года сменится ночью и тяжёлая туча накроет Цветочную гору, Хуашань».
Ни Гуань вздохнул и вернулся к работе. От специалиста по закупкам российской корпорации «Холод Плюс», который называл себя Максимусом Семи-пятницким (какая абракадабра!) пришло очередное тупое, ничего не значащее письмо. Такое впечатление, что эти послания составляет компьютерная программа. Лживые обещания урегулировать проблему задолженности, никакого конкретного ответа на запрос