Библиотека

Тайна Вильгельма Шторица стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

человек прославил Германию удивительными открытиями и изобретениями. Среди людей, склонных к мистике, Отто Шториц прослыл в некотором роде колдуном. Лет сто или двести назад его бы публично сожгли на площади как еретика. Ныне возросло число людей, убежденных в сверхъестественных способностях Отто Шторица и его тайном дьявольском могуществе. К счастью, свои секреты он унес в могилу».

Публикация завершалась прогнозом:

«Есть основания полагать, что на кладбище соберется большая толпа, как и в предыдущие годы. Кажется, суеверные жители Шпремберга ждут какого-то чуда и жаждут стать его очевидцами.

Городские сплетни расписывают самые невероятные события, происходящие на этом кладбище. Легковерные надеются — могильный камень отверзнется и фантастический ученый воскреснет во всем блеске своей славы.

Досужий вымысел уверяет: Отто Шториц вообще не умирал — его похороны были ложными. Стоит ли опровергать подобный вздор? Однако предрассудки и суеверия очень устойчивы. Понадобится много времени, чтобы здравый смысл восторжествовал».

Мне стало тревожно. Суеверным глупостям я, конечно, не верил. Смерть Отто Шторица бесспорна. Но сын его жив и весьма активен, этот Вильгельм Шториц, отвергнутый семейством Родерихов. Не причинит ли он вреда Марку?

«Хорошо,— размышлял я, отбросив газету.— Вильгельм Шториц просил руки Миры — ему отказали… Ну и что? Стоит ли преувеличивать опасность, тем более Марк ни разу не упомянул этого имени. Пожалуй, для тревоги нет причин».

Я попросил принести мне бумагу, перо, чернила и написал брату, что утром покидаю Пешт и появлюсь у него после полудня одиннадцатого мая, поскольку до Рагза остается не более семидесяти пяти лье.

В Пеште, как и на предыдущих стоянках, «Доротея» взяла на борт новых пассажиров.

Мужчина лет тридцати пяти, крупный, белокурый, с суровым лицом и властным взглядом, весьма несимпатичный, привлек мое внимание. Сухим неприятным голосом, высокомерно и презрительно обращался он к членам экипажа. Заметно было, что пассажир ни с кем не желает общаться. Впрочем, это еще ни о чем не говорило. Я и сам старался

держаться подальше от дорожных спутников. Только к капитану «Доротеи» я иногда обращался с вопросами.

Мне подумалось, что странный субъект, вероятно, немец, а скорее даже пруссак. Его невозможно спутать со славными венграми.

Габара двигалась медленно, едва ли превышая скорость течения. Ветерок веял совсем слабенький. Приятно было любоваться окрестностями. «Доротея» приблизилась к острову Чепель, который делит Дунай на два рукава, и вошла в левый проток.

Возможно, читателя удивит — если, конечно, у меня когда-нибудь появится читатель! — обыкновенность, даже банальность этого путешествия. Наберись терпения, дорогой друг, в скором времени странностей будет хоть отбавляй!

Именно в тот момент, когда «Доротея» огибала остров Чепель, произошел первый инцидент. Не знаю, право, можно ли назвать инцидентом такой пустяк.

Я стоял на борту судна возле своего чемоданчика. На крышке его белел листок с указанием моего имени, адреса и звания. Я рассеянно глядел на воду с пенистыми барашками волн и не думал решительно ни о чем. Вдруг мне почудился пристальный взгляд. Я явственно ощутил его затылком.

С каждым, наверное, такое случалось. Природа этого явления, к сожалению, еще плохо изучена.

Я обернулся. Никого!

Однако ощущение было столь отчетливым и столь неприятным, что я застыл с открытым ртом, убедившись в полном одиночестве. Не менее десяти туазов отделяли меня от ближайших

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.