Тайные убийцы стр. 9
Да, еще нужен водитель. Значит, максимум три человека.
— От трех до пяти. О чем это нам говорит?
— Банда, — заключил Перес.
— И чем она занимается?
— Наркотиками? Отрубили ему кисти, сожгли кислотой лицо…
— Торговцы наркотиками обычно не зашивают своих жертв в саван, — заметил Фалькон. — Обычно они в них просто стреляют. А здесь у нас нет пулевых отверстий. Нет даже ножевых ранений.
— Это не похоже на казнь, — вставила Феррера. — Скорее это было вызвано печальной необходимостью.
Фалькон велел им с утра, еще до того, как люди уйдут на работу, первым делом обойти все квартиры, из окон которых видны эти мусорные баки. Требуется установить, лежал ли в каком-то из баков большой кусок черного полиэтилена, а кроме того, узнать: может быть, кто-то видел или слышал поблизости машину в ночь на воскресенье, в три часа.
В лаборатории Фелипе и Хорхе отодвинули столы и расстелили на полу найденный кусок черного полиэтилена. Два больших мусорных бака с улицы Ботерос уже стояли в углу, закрытые и замотанные лентой. Хорхе сидел за микроскопом, а Фелипе на всех четырех конечностях ползал по полиэтилену, нацепив свои увеличительные очки, сделанные на заказ.
— Мы выяснили, что кровь на белом саване и черном пластике принадлежит жертве. Надеемся к завтрашнему утру получить результаты сравнения ДНК, — сообщил Хорхе. —
Мне кажется, они положили его на пластик лицом вниз, чтобы проделать свою операцию.
Он показал Фалькону цифры, показывающие расположение на пластике следов слюны и следов крови, а также двух оставшихся на нем лобковых волосков: все это соответствовало росту жертвы.
— Мы и для них делаем анализ ДНК, — пояснил он.
— А кислота на лице?
— Получается, что ему сожгли лицо где-то в другом месте, а кислоту потом смыли. Не осталось никаких ее следов.
— Отпечатки пальцев?
— Пальцев — нет. Есть след ноги в левом верхнем углу пленки, — сказал Фелипе. — Хорхе говорит, что это от кроссовки «Найк», такие носят тысячи людей.
— Вы собираетесь сегодня вечером посмотреть эти баки?
— Мы посмотрим, но, если он был хорошо упакован, на стенках вряд ли осталось много крови или слюны, — ответил Фелипе.
— А вы уже проверяли сообщения о пропавших? — спросил Хорхе.
— Мы пока даже не знаем, испанец он или нет, — сказал Фалькон. — Завтра утром я встречаюсь с судмедэкспертом. Будем надеяться, у трупа отыщутся какие-нибудь особые приметы.
— Волосы у него на лобке — темные, — сообщил Хорхе, ухмыляясь. — Группа крови — первая, резус отрицательный. Если это вам поможет.
— Продолжайте свою блестящую работу, — бросил Фалькон.
Дождь продолжался, но из неистового ливня он стал каким-то обескураживающе благоразумным. Фалькон поработал с документами, но мысли его были далеко. Он отвернулся от компьютера и стал смотреть на отражение кабинета в темном окне. В подрагивающем свете флуоресцентных ламп капли дождя стучали в стекло, словно какой-то сумасшедший хотел привлечь его внимание. Фалькон сам себе удивлялся. Раньше он был следователем-ученым, всегда торопился получить результаты вскрытия и вещественные доказательства. Теперь же он проводил куда больше времени, прислушиваясь к собственным интуитивным догадкам. Он пытался убедить себя в том, что причина здесь — накопленный опыт, но иногда ему казалось, что это просто лень. Жужжание мобильного телефона встряхнуло его. Пришло сообщение от Лауры, его нынешней подруги: приглашает поужинать. Глядя на экран, он вдруг понял,