Танцующие в темноте[4-3] стр. 49
целовал. Нравилось, как он заставлял её почувствовать себя как — ну, как женщина, которая хороша в постели. И ей нравилось, как он вел ее во время танца, то уважение, которое, казалось, он к ней испытывал. Как же это всё случилось за прошедшие несколько месяцев? Когда он стал настолько важен для неё?
Сейчас, шагая с ним рядом, она испытывала удовлетворенность. Хотя её жизнь только что разлетелась на осколки, а тело болело от побоев, она была спокойна и уверена, потому что у неё был Шон. Она любила каждую веснушку на его лице, его белое сильное тело, его умелый рот и его талант танцора.
Он столько всего сделал для неё. Но он не сказал, что любит её. Его голубые глаза смотрели ей в лицо так, как будто она была прекраснейшей женщиной в мире, и этого должно было быть достаточно. То, как он занимался с ней любовью, говорило, что он считает её чудесной. Этого должно было быть достаточно. Она очень сильно подозревала, что любой мужчина посмеялся бы над её сомнениями, но она не была мужчиной, и ей нужно было услышать эти слова — не прося об этом.
Тут она неожиданно увидела кое-что, что прервало её грустные размышления. По привычке взглянув на окна своей квартиры за пол-квартала, Ру была неприятно поражена.
— В моей квартире включен свет, — выпалила она, резко затормозив. — Верхний свет.
— Вчера ты не оставляла его включенным?
— Нет. Потолки высокие, и мне трудно менять лампочки в плафоне. Я оставляю включенной небольшую прикроватную лампу.
— Схожу посмотрю, — сказал Шон, осторожно вынимая руку. Оказывается, она неосознанно вцепилась в него.
— О, пожалуйста, не ходи туда, — попросила она. — Он может поджидать тебя.
— Я сильнее, — с оттенком раздражения заметил Шон.
— Пожалуйста, по крайней мере, поднимись по пожарной лестнице, той, что сбоку.
Он пожал плечами:
— Если так тебе будет легче.
Она подобралась поближе к зданию и смотрела, как Шон приблизился к пожарной лестнице. В последний момент он решил выпендриться и полез по кирпичной стене, используя крохотные промежутки между кирпичами для того, чтобы цепляться руками и ногами. Ру, естественно, была впечатлена, но и расстроена тоже. Это неприятно напоминало подъем гигантского насекомого. Он заглянул внутрь. По его позе Ру ничего не могла понять, а лицо увидеть было невозможно.
— Привет, Ру. — Вздрогнув, она обернулась и увидела, что к ней подошла соседка, подрабатывающая уличными выступлениями на публике, которая называла себя Киншаса. — Что этот парень там делает?
— Заглядывает в мою квартиру, — просто ответила Ру.
— Чем это ты занималась вчера ночью? Грохот был такой, как будто ты решила переставить всю свою мебель.
— Киншаса, вчера вечером меня не было дома.
Киншаса была высокой, носила дреды и большие очки в красной оправе. Она была не из тех, кого можно не заметить, и не из тех, кто пытается игнорировать неприятные факты.
— Значит, в твоей квартире был кто-то другой, — сказала она. — И твой приятель проверяет, что случилось?
Ру кивнула.
— Наверное, мне следовало позвонить в полицию вчера ночью, когда я услышала весь этот шум, — огорчённо сказала соседка. — Я думала, что оказываю тебе услугу, не обращаясь в полицию или к коменданту здания, но, получается, я просто вела себя как типичный сосед в большом