Танец для демона. Эпизод I стр. 2
не замеченным. И только сейчас я осознал, что в те мгновения, когда Саминэ, прервав поцелуй, нежно улыбаясь, взяла меня за руку и потянула за собой в сторону нашей комнаты, об эльфийке я не думал совсем. Я не испытывал на тот момент ничего: ни ярости, ни страсти, ни злости, ни жажды мести. Осталось лишь желание, чтобы поцелуй со вкусом топлёного молока и мёда повторился вновь.
О Лиеране я забыл. Бесповоротно и окончательно. Пожалуй, даже навсегда. Просто стёр её из памяти, как неприятный, навязчивый сон. Наверное, именно тогда и пришло понимание, что тёмная эльфийка, по сути, никогда не была моей настоящей Равной. И, быть может, тогда и стоило задуматься о той, кто, казалось, меньше всего подходил на эту роль, но…
Едва мы вошли в комнату, как сильный удар в подбородок едва не отбросил меня назад. И всё же, несмотря на это, Саминэ… Она не пробовала что-то написать, не швырялась магией, не злилась. Она просто смотрела холодно-равнодушным взглядом золотисто-карих глаз, цвет которых едва уловимо подрагивал, словно пытаясь спонтанно, выдавая эмоции, смениться кроваво-алым отблеском. Впервые за время нашего общения моя воспитанница была невероятно зла на меня. Но тогда я этого ещё не почувствовал, или просто не захотел.
В её глазах читался немой вопрос: «Зачем?»
Тряхнул головой, отгоняя болезненные воспоминания. Но они возвращались вновь…
Шаг назад, сложенные руки на груди, и привычная усмешка. Собственные слова сейчас рваным пульсом бились в висках: «Я демон, Элъсами. Неужели ты думала, что я мог поступить иначе?»
Хлёсткая пощёчина обожгла, заставив меня отшатнуться. А она… она просто ушла. Резко развернувшись и сильно хлопнув дверью, отчего с каминной полки упал её блокнот, а серебряное перо со звоном прокатилось по полу. Не потребовав ни объяснений, ни оправданий, ни извинений. Не захватив даже тёплый плащ, оставшийся на кресле в гостиной. Да что уж… она даже не вспомнила о своих парных саях!
Закусив до крови губу, я бессильно разжал руки, позволяя крупным каплям стекать на мокрый пол. Как я мог отпустить её одну, в город, без оружия? Как я вообще посмел её отпустить?
И… как не замечал её возле себя раньше? Ту, что всегда была рядом, оставаясь в тени? Ту, что пила мою кровь, чтобы выжить, но с гораздо большей охотой отдавала свою для моего скорейшего восстановления? Ту, что всегда заботилась обо мне даже тогда, когда проявлялись самые мерзкие стороны моего характера?
Тогда я не придал этому значения, пребывая в раздражённом состоянии весь остаток вечера, до тех пор, пока над городом некромантов не раздались первые, еще далёкие раскаты грома. Смутное ощущение беспокойства тронуло мою душу, а когда засверкали молнии, поймал себя на мысли о том, что всерьёз волнуюсь о ней. Дождь хлынул стеной, с силой стуча по стеклам, и паника практически захлестнула меня с головой.
И я уже было бросился на поиски, но…
Доставая из шкафа куртку и надевая её, наткнулся на смятый пергамент, лежащий в одном из карманов. Нахмурившись, хотел было выкинуть, но, внезапно передумав, аккуратно разгладил смятый лист, чтобы прочесть на нем одну-единственную строчку, написанную аккуратным изящным почерком на всеобщем языке:
«Ты обещал, что больше никогда не причинишь мне вреда».Только увидев