Танец отражений. Память стр. 881
покидали туда всякий органический мусор, украденные водоросли и разнообразных рыбешек, авось возникнет земноподобная экосистема. Поскольку во времена графа — моего дедушки была целая толпа ребят, работавших в администрации графства в Хассадаре, которые занимались научным терраформированием и рыбоводством провинции, то воду можно спокойно пить, а рыба водится вполне приличная. Озерная форель, окуни, пресноводный лосось… тут, под нами, плавают весьма ценные сорта.
Иллиан с некоторым сомнением посмотрел на прозрачную воду:
— Правда?
Он вытянул леску и поглядел на крючок. Протеиновый кубик исчез.
— Я наживку насаживал?
— Да. Я сам видел. Скорее всего она сорвалась.
— Ловкие пальчики у рыбки.
Иллиан удержался от искушения выдать более пространную шуточку насчет рыб-мутантов. Он покрепче насадил наживку и снова забросил удочку.
Открыли еще по бутылке. Майлз сел на борт и свесил ноги в воду.
— Очень неэффективный способ ловли, — заметил Иллиан.
— Я и сам над этим не раз задумывался. Не думаю, что тут предусматривается эффективность. Скорее, рыбную ловлю специально изобрели для того, чтобы создать видимость напряженной деятельности, когда, по сути, не делаешь ничего. Возможно, чтобы отвязаться от жен.
— Я бью баклуши вот уже целую неделю, — хмыкнул Иллиан и немного погодя добавил: — А толку никакого.
— Неправда. Ты уже лучше играешь в карты. Я за тобой следил.
— По-моему, в последний раз вы с леди Элис специально сговорились, чтобы дать мне выиграть.
— Не-а.
— А! — Иллиан просветлел, но лишь на мгновение. — Боюсь, способности играть в карты, изредка выигрывая, недостаточно, чтобы я смог вернуться в СБ.
— Дай время. Ты только-только начал поправляться.
Майлзу свело ноги, и он вернулся на свой складной стул.
Иллиан посмотрел на дальний коричнево-зеленый, освещенный предзакатными лучами, берег.
— Нет. У успеха есть пик. И когда ты побывал на этом пике, играя в полную силу, ты не можешь потом играть хуже. Перефразируя любимое изречение твоей матери, все, что не может быть сделано хорошо, не стоит того, чтобы им заниматься. А руководство Имперской
службой безопасности — далеко не игра. Слишком много человеческих жизней от тебя зависят, причем ежедневно.
— М-м-м… — промычал Майлз, отхлебнув пива.
— Я прослужил императору два раза по двадцать лет, — продолжил Иллиан. — Начал в восемнадцать, в военном училище, еще при Эзаре. Не в Имперской Академии, в те времена требовалось больше баллов, денег и слогов в начале фамилии, чтобы попасть туда. Я пошел в провинциальное училище. И никогда не собирался отслужить три раза по двадцать. Понимал, что придется уйти раньше, только не знал, когда именно. Я начал служить Грегору, когда ему было пять лет. А теперь он уже давно взрослый.
— И в этом — немалая твоя заслуга, — сказал Майлз.
Иллиан кивнул:
— Не только моя. Но я не могу… быть тем, кто я есть… кем я был… и не знать этого.
— А я не отслужил и первой двадцатки, — мрачно буркнул Майлз. — Даже близко не подошел.
Иллиан прокашлялся, пристально глядя на леску.
— По-моему, клюет.
— Вряд ли. Иначе бы она сильнее натянулась. Это течение тянет грузило.
— Должен заметить, что вовсе не собирался сейчас в отставку, — бросил Иллиан. — Я бы хотел сам провести Грегора через свадебные церемонии…
— А потом — через следующий кризис, — поддел его Майлз. — И через следующий, и…
Иллиан согласно крякнул.
— Так что… может, оно