Танец отражений. Память стр. 926
Слушаюсь, милорд Аудитор. — Капрал явно запаниковал, ощущая себя пшеничным зернышком между жерновами.
— Все в порядке, Сметани, — успокоил его на ходу Иллиан. Капрал облегченно вздохнул.
В первую очередь Майлз направил свои стопы на второй этаж в тюремный блок.
— Я очень скоро вернусь допросить капитана Галени, — бросил Майлз дежурному офицеру. — И надеюсь застать его в живых. За это вы отвечаете лично. А пока мадемуазель Куделка его навестит. Никому другому — никому, включая ваше руководство, — в особенности руководству! — вы не позволите к нему пройти до моего возвращения. Вам все ясно?
— Да, милорд Аудитор.
— А ты, Делия, не оставляй Дува одного ни на секунду, пока я не вернусь.
— Я все поняла, Майлз. — Делия решительно вздернула подбородок. — И… спасибо тебе.
Майлз кивнул.
Он надеялся, что таким образом блокирует всякую возможность внезапного «самоубийства» Галени. К настоящему моменту Гарош уже должен быть полностью готов провернуть план «самоубийства» мгновенно. Задача заключалась в том, чтобы ему этого мгновения не предоставить. Остальных своих людей Майлз повел в Хозяйственный департамент, где переговорил с начальником, пожилым полковником. Как только полковник понял, что интерес Майлза к графику проверки воздушных фильтров никак не отразится на его департаменте, он стал очень покладистым. Майлз забрал его с собой.
Майлзу хотелось разорваться на четыре части и присутствовать
в четырех местах одновременно, но все должно было быть проделано абсолютно точно, как доказательство в пятимерной математике. Вдохновение — одно, а показ — совсем другое. Прихватив с собой техника, он быстро повел свою команду в самые нижние подвалы штаб-квартиры. Буквально через несколько минут все его свидетели уже находились в крыле номер пять, Оружейной IV. Уэдделл поставил свою коробку и прислонился к стеллажу, скрестив руки на груди. Его привычное выражение скептического интеллектуального превосходства исчезло, и сейчас на лице доктора читался живой интерес к происходящему.
Полка номер девять оказалась вне пределов досягаемости. Майлзу пришлось попросить Айвена достать оттуда хорошо знакомую запечатанную коробочку. Его аудиторская печать была целой. Две оставшиеся капсулы спокойно лежали на своем месте. Достав одну, Майлз покатал ее в пальцах.
— Хорошо. Смотрите внимательно, вы все. Начали.
Он резко сжал пальцы. Капсула лопнула. Майлз дважды взмахнул рукой над головой. На мгновение в воздухе повисло облачко мельчайшей пыли и исчезло. Остатки капсулы прилипли к пальцам. Майлз заметил, что Айвен затаил дыхание.
— Сколько нам ждать? — спросил Майлз Уэдделла.
— Как минимум десять минут — чтобы оно распространилось по комнате.
Майлз попытался призвать себя к терпению. Иллиан смотрел прямо перед собой, лицо его окаменело.
«Да, — думал Майлз, — вот оружие, которое тебя убило. Ты не можешь к нему прикоснуться, но оно может коснуться тебя…»
Айвен, красный как помидор, сдался и снова начал дышать.
Наконец Уэдделл наклонился и открыл свой ящик. Он извлек оттуда маленькую прозрачную бутылочку со светлой жидкостью и распылитель. За то, что Уэдделл изготовил эту ценную жидкость всего за три часа, Майлз готов был простить ему все грехи гордыни на пять лет вперед. Сам же Уэдделл явно считал это рутиной. С научной точки зрения, может, так оно и есть.
«Обычный щелочной раствор, — отмахнулся тогда Уэдделл. — Внешняя структура оболочки очень четкая и уникальная. Вот если бы вам понадобилось что-то, чтобы определить наличие самих прокариотов, — тогда