Темная гора стр. 74
вдруг забеспокоился, вывел целую группу других соратников наружу и лишь вмешательство двух, а то и трех наставников сумело их остановить. Стало ясно, что мы в беде! Уже снаряжали поисковый отряд, но тут мы сами вышли из зарослей с раненым Линем, которого нес на своей голове десятник Верт.
* * *После нашего прибытия началась суматоха: люди и соратники в спешке грузились в звездную машину, словно на них надвигалось бедствие, неведомое и неодолимое. Верта увели к наставникам, остальных бойцов разместили на второй палубе. Отсюда, сквозь прорези в настиле, было видно, как суетятся механики в ходовой части, и уж на что мои чувства тогда были переиначены, все же сладко заныло где-то под ложными надкрылками. Это была радостно знакомая суета — вот механик размахивает своей вымбовкой, гоняя помощников, а они следят за балансирами и за тягами, носятся с масленками, обильно поливая сочленения рычагов, а на высоком насесте прямо над ними суетится кибернейос, уткнувшись в таблицы местоположения, сверяя их с углами толчковой опоры… Впрочем, нет, кибернейос вовсе не доводил углы камор совмещения, он и еще двое в одеяниях наставников возились с защитной сферой, извлекая из нее орихалковую пирамидку.
Даже сквозь невозмутимость бойца меня прошибла дрожь — прикасаться к сфере во время похода запрещалось под страхом немедленной смерти. Говорят, даже менторы вседобрейшие признавали справедливость такой кары. Малейшая царапина, сбитый уголок — и звездная машина обречена! Никогда ей не вернуться назад, разве что повезет невероятно, и умельцы из тайных мастерских Высокого Дома сумеют изготовить точно такую же, отшлифовав до блеска неимоверного. Но, как известно, нельзя дважды сотворить одну и ту же вещь.
Между тем бесстрашно извлеченную пирамиду тщательно укутали в белую ткань и опустили в ящик, обитый войлоком. Мне сверху было видно, как из другого ящика достали еще одну толчковую опору и с должной осторожностью водрузили ее на место прежней. Слабый, размытый отзвук, мерцающий вокруг нее, показался мне знакомым — так пахла пирамидка, которую мы обнаружили в древесных недрах Кхаанабона.
А потом густо повели свою песнь двигатели, входные створки и смотровые люки захлопали вразнобой, задрожали тросы, высоко под сводом машины, палубы две или три над нами, медленно поплыли навстречу друг другу каморы совмещения…
Появился десятник Верт и подал знак быстро следовать за ним. У входных створок уже выстроились соратники, а люди встали за нами. Это были гоплиты. Тонко струились узоры их доспехов, метатели в руках хоть и не казались в глазах бойцов грозным оружием, но мы знали, какое испепеляющее пламя готово исторгнуться из его жерла.
Когда распахнулись створки, вперед пошли соратники, а потом и бойцы ринулись следом, чтобы сражаться и, если понадобится, умереть в новом мире.
Но сразу же стало ясно, что мы переместились всего лишь немного в сторону и вниз, оставаясь на проклятом Кхаанабоне. Звездная машина забросила нас в самое нутро огромной пещеры, откуда мы так скверно уходили, чуть не угробив наставника Линя.
Видимо, на этот раз уходить мы не собирались.
Огнеметчики выступили вперед, и лемуры, посыпавшиеся на нас сверху, превратились в живые факелы. А потом соратники помчались во все стороны, держа в передних лапах небольшие тюки. Соскочив с каменной плиты, на которой точно посередке