Темная гора стр. 95
заржал и пнул по мешку. Я охнул.
— Ожил, — донесся до меня голос Болка. — Это хорошо, а то я боялся, что насмерть пришиб.
Сил ответить ему не было, да и смысла тоже. Ничего себе беседа, когда один в мешке задыхается, а второй ногами его охаживает!
Всего я мог ожидать, но такого поворота событий — никогда! Зачем Верту и его бывшему оруженосцу понадобился пьяный гоплит? Да притом до того крепко понадобился, что ради него Болк, гадина такая, огрел меня бутылкой!
Пока я собирался с мыслями, в мои ноги вцепились и потащили по палубе. «Полегче, вы, там!» — успел я расслышать голос Болка, а потом головой вперед съехал куда-то вниз и врезался, судя по ощущениям, в мягкий тюк. Тюк крякнул и выругался.
Когда гул и свист паровой машины затихал, слышно было, как противно хлюпает вода в трюме. Холодная балка, в которую я уперся лбом, приятно успокаивала головную боль. Вонючий полумрак рассекали тонкие стрелы света, бьющие из дыр над нами.
Быстроходное судно резво скачет по волнам и несет меня неведомо куда. Воды нам дали всего одну бутыль на двоих и велели беречь, потом кинули пару черствых хлебцев.
Почему-то я не испытывал гнева или злости от того, что меня опять втянули помимо воли в нечистое дело. Лишь неясное сожаление по сильным шипастым конечностям бойца временами накатывало на меня. В том могучем теле не было места гневу и пристрастию — лишь холодная необходимость двигала им. Посмотрел бы я тогда на похитителей! И еще я пытался услышать тот внутренний звук, сочащийся множеством оттенков, — но еле слышное жужжание затаилось в глубине сознания, а все попытки услышать какого-либо соратника и призвать его на помощь ни к чему не привели. Порой блеклые тени звуков-красок слабой рябью мелькали во мне, но кто откликался на зов, я не знал.
Второй пленник помог развязать руки и стащил с головы мешок. Я долго хлопал глазами, привыкая к полумраку, а потом разглядел гоплита, который на берегу искал у меня пупок.
— Кто это нас, а? — спросил он. Если бы у меня не были сведены мышцы от лежания в мешке, то я пожал бы плечами.
Если хотели похитить гоплита, а я случайно оказался у них на пути, то мой сосед по трюму должен сам знать, кому он нужен. Или хотя бы подозревать.
— Может, ты кому-то из властных досадил или твой род в тайной вражде с могущественной семьей? — спросил я осторожно. — Киммерийцы — они народ мстительный. Не успеет вмешаться блюститель жизни, как вмиг тебя выпотрошат!
Гоплит плюнул в воду, что плескалась под решетчатым настилом, и пробормотал что-то непонятное, наверно, выругался.
— Никогда с киммерийцами не общался, — сообщил он мне. — Разве что с этим северянином! Так он мне слова сказать не давал, сам говорил не переставая.
— На что же ты им понадобился?
— Не знаю!
— Если они посланцы тайного Дома… — начал было я, но сам испугался этой мысли.
Судя по тому, как гоплит вздрогнул и отвел глаза, ему тоже не хотелось иметь дело с мозголомами Дома Лахезис. От разбойного люда еще можно откупиться… Да, но последних морских разбойников истребили во времена незапамятные, чуть ли не в эпоху Проклятого Морехода. На суше