Тернии стр. 191
король тяжелой промышленности. Ему было уже хорошо за семьдесят; темные глаза живо выглядывали из узких щелочек на загорелом морщинистом лице. Жене его было не больше тридцати. Разговор за обедом шел, в основном, о перспективах коммерческой эксплуатации планет ближайших звездных систем.
— Она положила на тебя глаз! — заявила Лона после обеда.
— Мне она об этом почему-то не сообщила.
— Это было очевидно. Готова поспорить, она касалась твоей ноги под столом.
Надвигается ссора, подумал Беррис и поспешно повел Лону к ближайшей смотровой площадке.
— Вот что я тебе скажу, — произнес он. — Если она соблазнит меня, разрешаю тебе соблазнить ее мужа.
— Очень смешно.
— А что тут такого? У него куча денег.
— Мы тут меньше чем полдня, а меня уже тошнит.
— Лона, прекрати. У тебя просто разыгралось воображение. От одной мысли о том, что она даже случайно прикоснулась ко мне, ее целый месяц будут мучить кошмары. Уж я-то знаю. Смотри, что там творится!
Снаружи бушевала буря. На купол порывами обрушивался ураганный ветер. Огромный Сатурн отбрасывал на снег сверкающую полоску золотистого света, которая бежала по всей равнине от горизонта и, в конце концов, терялась в ослепительном блеске огней у входа в купол. Звезды походили на бриллиантовые булавочные головки на темном бархате неба, почти такие же яркие, как при
взгляде из открытого космоса.
Начинался снегопад.
Несколько минут они стояли и смотрели, как ветер кружит белые снежные завихрения. Потом в стороне послышалась музыка, и они двинулись на звук. Казалось, весь отель стекается в ту же сторону.
— Хочешь потанцевать? — спросила Лона.
За очередным поворотом наконец объявился оркестр в вечерних костюмах. Музыка звучала громче. Струнные, духовые и немного ударных, с легкой примесью диковинных инопланетных инструментов, очень популярных в последнее время в составе биг-бэндов. Элегантные пары грациозно кружились по сверкающему паркету.
Беррис одеревенело обнял Лону за талию, и они присоединились к танцующим.
И в лучшие-то времена ему не часто доводилось танцевать, а после возвращения с Манипула — понятное дело — вообще ни разу. Приди ему в голову месяц-другой назад мысль о том, что ему предстоит танцевать, да еще и в таком месте, он счел бы это полнейшей дичью. Странно, но факт: его новое тело обладало превосходным чувством ритма. Его новые кости двигались на удивление слаженно. Поворот, поворот, поворот…
Лона не сводила глаз с его лица. Она не улыбалась. Словно бы чего-то боялась.
Танцевальный зал был накрыт большим прозрачным куполом. Архитектурная школа Дункана Пока: звезды, как на ладони, а вокруг тепло и сухо. Порывы ураганного ветра залпами швыряли снежинки на прозрачную покатую крышу и тут же сдували прочь. Зажатая в руке Берриса ладонь Доны казалась холодной, как ледышка. Темп музыки ускорялся. Терморегуляторы, заменившие Беррису потовые железы, едва справлялись с работой. Выдержит ли он такой головокружительный ритм? Не споткнется ли?
Музыка стихла.
К ним подошла пара, с которой они познакомились на обеде. Женщина улыбнулась. Лона бешено сверкнула глазами.
— Позвольте пригласить вас на следующий танец, — ничуть не смущаясь, как то свойственно очень-очень богатым, обратилась женщина к Беррису.
Честное слово, мелькнуло у него в голове, я пытался избежать этого. Теперь никакой возможности тактично отказаться уже не оставалось, и это только подольет масла на тлеющие в душе Доны