Библиотека

Тетрадь князя Путятина стр. 9

Размер шрифта
-
+
Тема

неудачный. С самого начала приходилось с ним возиться. Надо было выкинуть сразу. Я пожадничала.

– А кто был у вас дома в этот день?

– Никого.

– Вы не ночевали дома, – вступил Лазута. – К родителям ездили. Мог ваш муж пригласить кого-то домой?

– У нас это не принято. Да и места мало для гостей. Или вы хотите сказать… – Она сглотнула и продолжила: – Что у нас ночевала женщина?

– Нет, что вы. Мы просто выясняем все обстоятельства.

– Нет. Не думаю. Муж не любил чужих в доме. Даже мои родные ночевать не оставались.

– Понятно. А клопы вас мучили?

– Что?

– Клопов, спрашиваю, чем морили?

– У нас не было клопов. Только тараканы. Я персидский порошок покупала, а потом стала «тараканщиков» вызывать. Они раствором мышьяка щели промазывали.

И вдруг заволновалась.

– А почему вы спрашиваете?

Лазута собирался сказать про банки с керосином, но Анна остановила его взглядом.

– Мария Григорьевна, – сказала она, внимательно глядя на Путятину. – В вашей квартире есть сейф. Что там хранилось?

Лицо женщины не поменяло выражения.

– Не знаю. Это мужа. Он что-то…

– Не может быть, чтобы не знали, – перебил Иван. – В одной квартире жить и ни разу не полюбопытствовать? Не поверю.

– Мне все равно, верите ли вы. Муж не разрешал касаться этой темы.

– Почему? Он хранил что-то запрещенное? Оружие, драгоценности?

– У нас… не осталось… никаких драгоценностей, и оружие я никогда не видела. Я не лезла с расспросами, потому что догадывалась.

– О чем?

– Что он хранит в сейфе бумаги, связанные с работой.

– Какие именно?

– Он работал инженером. Иногда и дома продолжал что-то чертить, придумывать. Разработки могли быть секретными. Вот почему я никогда не спрашивала про сейф. Это его дело. Мне прятать там все равно нечего.

Путятина закрыла глаза. Длинный монолог дался ей с трудом.

В палату вошла медсестра.

– Извините, товарищи, но Путятиной необходимо прокапаться.

Лазута хотел переспросить, что значит «прокапаться», но Анна уже двинулась к выходу.

– Мы уходим, спасибо. Выздоравливайте, Мария Григорьевна.

– Странная история с сейфом, – задумчиво произнес Лазута, когда они вышли из палаты.

– Ты ей не поверил?

– Ни разу.

– Товарищи, подождите минуточку, – услышали они сзади.

Их догнала медсестра, которая собиралась ставить капельницу.

– Вы Путятину допрашивать приходили, так? Так вот послушайте. Когда она к нам поступила, две ночи все бредила. Я слышала, как вы ее про бумаги спрашивали. В бреду она поминала коленкоровую тетрадь.

Анна с Лазутой переглянулись.

– Что конкретно она говорила?

– Да я не поняла. Но эти слова слышала отчетливо. И еще. Она все яйца какие-то жалела.

– Жалела?

– Ну да. Говорила, что, мол, яйца жалко. Что за яйца…

– Больше ничего не слышали?

– Сумбур просто. Как обычно в бреду. Не разобрать. Видно, сильно ее стукнуло тем пожаром. Да и понятно. Муж сгорел, считай, заживо.

– Если еще что вспомните, звоните.

– А как же? Обязательно, – заверила медсестра и с готовностью часто закивала. – Нешто я не понимаю. Дело серьезное.

– Ну, что думаешь, Ань? – поинтересовался Лазута, как только они вышли из больницы.

– Когда вскрыли сейф, нашли пепел от бумажных листов. Я видела фотографии. Они лежали стопкой. Даже от простой бумаги все равно остается след. Если там находился коленкор, криминалисты бы это поняли. Коленкоровый переплет имеет прочный покровный слой с добавлением каучука, он не мог

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.