Тьма чернее ночи стр. 97
присяжным, что это повлекло за собой?
Босх описал, как они с напарниками опросили десятки свидетелей, которые видели обвиняемого и жертву на премьере фильма или потом на приеме в шатре, сооруженном на соседней автостоянке. Они также опросили еще десятки людей, которые знали Стори или когда-либо работали с ним. Босх сообщил, что ни один из собеседников не предоставил важной для следствия информации.
– Раньше вы упомянули, что во время обыска в доме обвиняемого вас заинтересовала отсутствующая книга, правильно?
– Да.
Фауккс встал, чтобы выразить протест.
– Нет никаких доказательств, связанных с отсутствующей книгой. Просто пустое место на полке. Не имеет значения, была ли вообще на полке книга.
Лэнгуайзер пообещала, что быстро все увяжет, и судья отклонил протест.
– Наступило ли время, когда вы выяснили, что за книга стояла на полке в доме обвиняемого?
– Да, в процессе сбора информации о мистере Стори моя напарница, Кизмин Райдер, которая знала о его работе и профессиональной репутации, вспомнила, что читала о нем в журнале под названием "Архитектурное обозрение". Она выяснила, что запомнившаяся ей статья была опубликована в февральском номере за прошлый год. Потом она заказала в издательстве экземпляр журнала. Райдер помнила, что в статье были фотографии мистера Стори в его доме. Она запомнила его книжные шкафы, потому что сама страстная любительница чтения, и ей было любопытно, какие книги стоят на полках у этого кинорежиссера.
Лэнгуайзер предложила представить журнал в качестве следующего вещдока. Судья согласился, и Лэнгуайзер передала журнал Босху.
– Это тот журнал, который получила ваша напарница?
– Да.
– Не могли бы вы открыть статью об обвиняемом и описать фотографию в начале статьи?
Босх открыл журнал на закладке.
– На фотографии изображен Дэвид Стори, сидящий в кресле в гостиной своего дома. Слева от него книжные шкафы.
– Вы можете прочитать названия на корешках книг?
– Некоторые. Не все из них четкие.
– Когда вы получили журнал из издательства, что вы с ним сделали?
– Мы увидели, что
не все книги можно разглядеть. Мы снова связались с издательством и попытались взять на время негатив этой фотографии. Мы имели дело с главным редактором, и он не позволил забрать негативы из редакции, ссылаясь на закон о средствах массовой информации и ограничении свободы печати.
– Что произошло дальше?
– Редактор сказал, что не подчинится даже распоряжению суда. Вызвали юриста из городской прокуратуры, и он провел переговоры с адвокатом журнала. В результате я полетел в Нью-Йорк, и мне предоставили доступ к негативу в фотолаборатории редакции "Архитектурного обозрения".
– Для протокола: какого числа вы там были?
– Вылетел ночным рейсом двадцать девятого октября. В редакции журнала я был на следующее утро, в понедельник тридцатого октября.
– И что вы делали там?
– Я попросил заведующего фотолабораторией журнала увеличить снимок с книжными шкафами.
Лэнгуайзер представила две увеличенные фотографии на плотной фотобумаге как следующие вещественные доказательства. После того как их приняли, несмотря на ожидаемый протест защиты, Дженис поставила снимки на пюпитры, установленные перед присяжными. На одной фотографии был изображен книжный шкаф целиком, а на другой – одна из полок. Изображение зернистое, но прочитать заголовки на корешках оказалось возможным.
– Детектив, вы сравнили эти снимки с фотографиями, сделанными во время обыска в доме обвиняемого?
– Да, сравнили.
Лэнгуайзер попросила разрешения установить третий и четвертый