Томек в Гран-Чако стр. 119
и пели, ведь по реке Мадре-де-Дьос в северной Боливии находились селения пиров и туда Варгас посылал свои коррериас.
«Ну, видно, и тип этот генерал!» – подумалось Томеку.
Визгливое пение внезапно смолкло, послышались отзвуки разговоров, но Томек не мог различить слов. Вскоре на веранду вернулся метис:
– Входи, сеньор! Генерал хочет на тебя посмотреть. Сжатый, как пружина, Томек не спеша вошел на веранду. Метис пошире откинул циновку и пропустил Томека в просторную комнату. Здесь царил полумрак, ажурные циновки прикрывали оба окна. В глубине комнаты, за кое-как сколоченным дощатым столом сидел крепко сложенный человек в широкополой панаме, поля ее бросали тень на опаленное солнцем лицо. С первого взгляда трудно было угадать, кто он – белый, индеец или метис. Перед генералом на столе стояли наполовину пустая бутылка и стакан, лежал ремень с двумя кольтами в кобурах. Две молодые полуобнаженные индианки, лица которых были разрисованы красной краской, а на щеках у них были вытатуированы черные змейки, обмахивали генерала перистыми пальмовыми листьями.
Бросив взгляд на Томека, генерал вздрогнул и не сразу вполголоса обратился по-испански:
– Фелипе, отдай ему оружие!
Томек просто онемел, услышав голос генерала, широко открытыми глазами впился в его лицо. А метис тем временем всунул ему в кобуру кольт.
– Иди, Фелипе, подожди там перед домом! – приказал генерал, а когда тот вышел, сбросил с головы затеняющую лицо шляпу.
– Господи Иисусе… Тадек! – выкрикнул Томек. Внезапное волнение, необыкновенная радость сжали ему горло, в глазах засверкали слезы.
Новицкий одним прыжком перемахнул через стол, мощно обнял Томека, в молчании прижал его к груди. Лишь когда Томек немного пришел в себя, Новицкий выпустил его из объятий и произнес еще немного прерывающимся голосом:
– Наконец-то, братишка дорогой, наконец-то! Как мы с Янеком переживали за тебя!
– Так ты и есть тот таинственный генерал, что нагнал на нас такого страху? – допытывался Томек. – А что с господином Смугой?
– Жив и здоров! – успокоил его Новицкий. – Два дня назад он отправился в разведку на реку Абуна. Там ведь мы и должны были с тобой встретиться. Правда, верные нам индейцы из племени пира поджидают вас на северной границе Боливии, но Смуга и сам время от времени совершает туда вылазки. Время сейчас неспокойное, не хотелось бы снова попадать в беду. Фелипе говорит, что на судне находится целая толпа вооруженных людей. Кто еще с тобой, братишка?
– Все наши верные друзья. Прежде всего отец и господин Уилсон, они привезли деньги на организацию экспедиции, само собой, Салли, Збышек с Наткой, Габоку с Марой, Гурува, Педиква, повар By Мень и Динго.
– Значит, и папаша твой здесь? Для меня это большая радость, не думал, что он поспешит нам на помощь. Ничего плохого с вами не произошло?
– Немного получили от речных пиратов, но все хорошо кончилось. Тадек, как мы беспокоились за тебя и господина Смугу! Вот Салли и Натка обрадуются!
– Соскучился я по девчонкам, – произнес Новицкий. – Хорошо, что у нас была в резерве яхта. Я-то знаю, как много денег нужно, чтобы организовать экспедицию. У твоего уважаемого папаши не было трудностей с ее продажей?
– Он не продал яхту, а дал ее на время другу господина Гагенбека для плавания по Средиземному морю.
– Ага, значит мне от генерала
придется