Библиотека

Томек в Гран-Чако стр. 80

Размер шрифта
-
+
Тема

в брюки и свободные рубашки, чувствовали себя несколько скованно в этой одежде.

– Плавание на пароходе вывело наших сюбео из равновесия, – произнес Томек, видя, что отец наблюдает за индейцами. – Обычно они крайней сдержаны и ни за что не проявляют перед чужими своих чувств. Их выдают только глаза, немного раскошенные, узкие, темные глаза, наполовину прикрытые тяжелыми веками, они все время наблюдают. В эту минуту они страшно взволнованы непривычной для них обстановкой, но только они окажутся в своей среде, как тут же к ним вернется равновесие духа и снова станут великолепными воинами.

– Я вижу, Томек, что ты заразился от Салли страстью к этнографии, – заметил Вильмовский.

– Согласен, когда я впервые увидел сюбео, меня сразу заинтересовало строение их лиц. У Габоку, например, нос прямой, а вот у Гурувы и Педиквы носы крючковатые и плоские, как у китайцев. И у всех троих выдается и немного вывернута наружу нижняя губа.

– Никогда бы не подумала, что на пустынном побережье и скалистых островах может гнездиться столько птиц! – воскликнула Наташа, следя глазами за сопровождающими судно птицами.

– И я подумала о том же, – отозвалась Салли. – Сколько здесь чаек! Смотри, как величественно парят пеликаны!

Десяток с лишним крупных птиц, вытянувшись клином, пролетали мимо корабля. Медленно, как бы нехотя, шевелили они большими крыльями, повернув головы к спине, так же, как делают это цапли в полете.

– Перуанцы и чилийцы птицам многим обязаны, – заметил Вильмовский.

– Птицы бесплатно поставляют им гуано, а оно почти полвека составляло для Перу главный источник дохода.

– Никогда не слышала о чем-то подобном! – поразилась Салли.

– Неужели это возможно? – спрашивала Наташа.

– Миллионные колонии кормящихся рыбой птиц, разные виды чаек, большие бакланы, глупыши, пеликаны, крачки и альбатросы гнездятся на скалистых островах вдоль побережья Перу и Чили. И много веков на островах, в некоторых местах на материке скапливались пласты птичьих экскрементов. Поскольку на перуанском побережье никогда не бывает дождей, гуано содержит в себе большой процент аммиачных солей и потому служит прекрасным удобрением, – разъяснил Вильмовский.

– Интересно, а кто же открыл эту особенность гуано? – спросила Наташа.

– Древние перуанцы знали о ней еще до завоевания их испанцами, – продолжал Вильмовский. – Инки чрезвычайно умело использовали гуано. Каждой провинции выделялась часть какого-нибудь острова. В слоях гуано на островах и сейчас еще находят индейские орудия труда.

– Значит, не испанцы начали использовать это удобрение? – удивилась Наташа.

– Да их гуано вовсе не интересовало! – ответил Вильмовский. – Представляешь, сколько это стоило – перевозить гуано через океан, да еще вокруг мыса Горн, что весьма не безопасно. Лишь в начале XIX века на гуано обратил внимание Гумбольдт,

он переслал во Францию образцы. Лет через тридцать началась уже массовая его добыча.

– Перуанцы получили приятный сюрприз, когда перуанское гуано было оценено выше, чем чилийское, – вставил Томек.

– Стоит ли завидовать такому «сюрпризу»? – Салли пренебрежительно махнула рукой. – Представляю, что за жизнь на этом пустынном побережье!

– Какая кошмарная бесцветность! – поддержала ее Наташа. – Не хотела бы я здесь жить. Уж по мне, так лучше побережье и внутренняя часть материка, это великолепная, пышная растительность.

– Вообще, не странно ли, что восточная часть Южной Америки просто кипит зеленью, а западная покрыта песчаными пустынями? – обратилась Салли к Томеку. – Может, это величайшие Анды в этом виноваты?

– Главную роль в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.