Тот, кто меня вернул стр. 3
были и прошли, не оставив ни шрамов, ни тягучей патоки воспоминаний. А это… и стыд, и предательская слабость моего тела, и «неузнавание» самой себя. Адекватной и предсказуемой себя. Хирурга.
Это — самый интимный момент моей жизни, и он происходит в общественном месте. В лифте.
Такого со мной не случалось никогда. Уж точно не на работе, не в больнице.
Вы когда-нибудь гладили своего хирурга? Нет? Вот и я о чём.
А потом незнакомец поднялся и сказал, что я в безопасности.
Посторонний мужчина спас меня от коварно зацепившегося капрона, а я стою, вытаращив глаза, и не могу выдавить даже банальное «спасибо».
Лифт остановился на десятом этаже и просигналил громким «Пинг!», вдвое громче обычного, я аж ахнула. Оседаю, как тающий снеговик, а почему — не знаю. Не курю, не пью особенно, стресс не выше обычного — а крыша таки поехала. Толком не разглядела мужика, а распалась на части от его молчаливого внимания. Опытный игрок, наверное, вот и умеет пагубно влиять на женщин. Говорят, некоторые мужчины могут соблазнить одним взглядом. Ну, меня-то он не соблазнит, но эффект отрицать не стану. Меня здорово торкнуло.
Я не играю в игры. Нет ни времени, ни желания. Я — хирург, день и ночь занята делом. Где ж мне было научиться защите от коварных мужиков? Прививки надо делать от такого. В детстве. Всем девочкам поголовно.
Я очнулась только когда мужские руки коснулись талии. Медленно сползли ниже, на бёдра.
— Что вы делаете?! — Мой голос прорывается наружу, хриплый, как после попойки.
— Пытаюсь выйти из лифта.
Отодвинув меня в сторону, мужчина выходит в коридор. Не оборачиваясь.
Я успеваю заметить усмешку на ничем не примечательных губах. На ничем не примечательном лице.
Выйдя из лифта, мужчина останавливается и смотрит по сторонам, словно пытаясь вспомнить, куда шёл.
— Вам помочь? — приветливо улыбается проходящая медсестра.
Он молчит. Поворачивается в профиль и дотрагивается до щеки. До места, которого касается мой пристальный взгляд.
Так и стоит перед лифтом. Двери закрываются, и он поводит плечами, прислушиваясь к тихому скрежету.
Ловлю себя на бешеной мысли: пусть он развернётся, засунет руку между створками лифта и зайдёт обратно.
Только вот зачем?
Двери закрываются, и моя рука тянется к ним. К нему.
И что дальше?
Не спросишь же: — Почему я так странно себя чувствую? Что в тебе особенного?
После таких вопросов я сама себя сброшу в шахту лифта.
Покачиваясь, лифт отчалил вверх, подальше от неизвестно чего. И кого.
Случаются странные встречи — все мысли обломаешь, пытаясь понять, в чём дело. Вдруг это —
судьба, вдруг — предупреждение, вдруг ещё что… Твоя так называемая вторая половинка, чтоб её.
На самом деле скрытого смысла в таких встречах — кот наплакал. Нечего зависать на ерунде, лучше заниматься делом. Вторых половинок не бывает, уж я-то знаю.
Верьте мне, я — хирург.
* * *Не сводя глаз с начальства, Пашка протянул мне половину круассана в помятой салфетке.
— Тебе капец! — сказал одними губами.
И без него знаю, что капец. За опоздания у нас чуть ли не четвертуют, а я даже переодеться не успела. По пути в ординаторскую наткнулась на обход: главный хирург со свитой, а вокруг кучкуются ординаторы.