Трам-парам, шерше ля фам стр. 105
деньги кое-какие у него были. Я потому и за Валерия сразу вышла, что показалось мне – встретила наконец своего, единственного… А оно вон как обернулось… Не везет мне с мужиками!
– Не ной, – сурово оборвала ее Надежда, – все могло еще хуже быть. А так ты жива, здорова, маньяка этого поймали. Давай лучше проясним вопрос, для чего ты Вадиму понадобилась? Что-то мне подсказывает, что не все здесь так просто. Позвони ему.
– До того ли мне теперь? – вяло отмахнулась Светлана.
– Звони! – сурово приказала Надежда. – Это важно!
Светлана послушно взялась за трубку.
– Про меня не упоминай… – вполголоса бормотала Надежда, – скажи, что от Ильи узнала, что он тебя искал. Вообще поменьше говори, побольше слушай…
Светлана отмахнулась – сама, мол, знаю.
– Вадим? – спросила она холодно-отстраненным голосом, когда ей ответили. – Это Светлана. Мне передали, что ты меня разыскивал и очень волновался… Да, дорогой, со мной все в полном порядке, так что не надо беспокоиться, свои проблемы я улажу сама… Уже уладила… Встретиться? Зачем? Слушай, я очень занята. Срочно? Вадим, ну какие у нас могу быть срочные дела? Мы с тобой не виделись почти год… Пока не скажешь зачем, я не собираюсь с тобой встречаться! Документы? Какие документы? Господи, неужели это так срочно?
При слове «документы» Надежда навострила уши и теперь написала прямо на столе: «Завтра, ресторан «Спагетти», в 14.00».
Светлана без возражений назвала Вадиму координаты.
– Ну и зачем я туда попрусь? – спросила она устало.
– Не ты, а мы, – поправила Надежда, – и не в два, а в час. Ты вот что скажи, о каких документах шла речь? Ты что-то подписывала раньше?
– Ну да, еще давно, когда у него имущество кое-какое на меня записано было… а потом, как мы развелись, он мне деньги выплатил, все честно.
– Много денег? – скептически спросила Надежда.
– Не очень… но все же… И знаешь, он все наврал, что за меня волновался, он ни капельки не обрадовался. То есть обрадовался, но не тому, что я жива.
– Ты ему для чего-то очень нужна, – кивнула Надежда, – и завтра мы это узнаем.
Раздался звонок – это к воротам подъехала полицейская машина.
– Дамы, – сказал вошедший капитан Поползнев, – вам от всего нашего коллектива большая благодарность. Такое дело раскрыть помогли! Долго вас не задержу, быстренько управимся. А потом следователь вас вызовет, там уж будете подробно разговаривать…
Надежда правильно уловила его голодный взгляд и налила кофе. Капитан кофе выпил, сказал, что рассиживаться ему некогда, и быстро дал подписать нужные бумаги.
– Как там, он дает показания? – осторожно спросила Надежда, несмотря на то что Светлана страдальчески морщилась и потирала виски.
– Раскололся, – капитан отчего-то вздохнул, – взялись за него мы здорово. Признал убийства. Места обещал показать, где еще двоих зарыл.
– Катерину Михаленок и Лидию Осетрову, – вставила Надежда.
И, заметив, что Поползнев удивленно поднял брови, быстро спросила:
– А отчего же вы, Виктор Степанович, такой смурной? Что не так?
– Ох, Надежда Николаевна, вы прямо как рентгеновские лучи, насквозь видите! – заметил капитан, и Надежда не поняла, можно ли считать это комплиментом. – Правильно заметили, есть одна закавыка. Не признает он одно убийство – той женщины, что мы в котловане нашли. Эту, говорит, не трогал, на участке том никогда не был. Начальство,