Трам-парам, шерше ля фам стр. 32
нужно навестить лучшую подругу, поделиться радостью, а заодно провести комплекс косметических процедур. Раз уж на Боба такое впечатление произвел цвет ее лица, нужно сделать все возможное, чтобы этот цвет поддерживать и, если допустим такой каламбур, не ударить в грязь лицом.
Выслушав сногсшибательную новость, Ляля остолбенела.
Сначала она просто не поверила, но Наталья изложила такие детали и предъявила такие доказательства, что всякие сомнения отпали. Тогда на лице у Ляли появилось какое-то странное выражение. Наталье следовало бы обратить на это внимание, но она была так взволнована, что утратила не только свойственную большинству женщин интуицию, но и обыкновенный инстинкт самосохранения.
Подруга уложила Наталью в специальное кресло и, продолжая выспрашивать подробности романа с баронетом, начала наносить на ее лицо какой-то удивительно вонючий состав.
Наталья поинтересовалась, что это такое, и Ляля ответила, что это удивительная чудодейственная маска на основе яда индонезийской древесной лягушки и полового фермента мадагаскарского жука-плавунца, новое и весьма дорогостоящее слово в косметологии.
– После этой маски ты себя просто не узнаешь! – пообещала Ляля.
Голос ее показался Наталье странным, но она снова не придала этому значения и погрузилась в мечты о собственном будущем в роли виконтессы Фицмурзиг и четырнадцатой баронессы Аберкромби.
Это приятное состояние было прервано пощипыванием и покалыванием кожи лица.
– Лялька, ты маску не передержишь? – спросила Наталья, начиная испытывать легкое беспокойство.
– Нет-нет, все под контролем! – заверила подруга. – Главное, не шевелись, а то все испортишь.
Наталья послушно затихла, но пощипывание и покалывание становились все сильнее, к ним добавилось жжение, словом, мечтать о будущем стало как-то некомфортно.
Наконец Наталья не выдержала.
– Давай уже, смывай, – взмолилась она, – сил нет терпеть!
– Как знаешь, – ответила та. – Но лучше еще полчасика потерпеть, тогда эффект будет стопроцентным.
Однако и после того, как маска была смыта, жжение и зуд не прекратились.
– Ничего, – успокоила подруга, – так и должно быть. Через час все пройдет, и ты увидишь потрясающий эффект. Это просто чудо!
Наталья взглянула в зеркало.
Лицо стало ярко-розовым, как будто она только что вышла из парилки. Такое бывало с ней и прежде после косметических процедур, так что она и не подумала тревожиться, а просто отправилась домой – переваривать поздравления и напутствия подруги и готовиться к свадьбе.
Но чем ближе она подходила к дому, тем явственнее замечала, что встречные смотрят на нее в ужасе, многие переходят на другую сторону улицы. Одна старушка и вовсе принялась истово креститься и бормотать молитвы.
Жжение и зуд между тем не проходили, а только усиливались.
Наталья открыла входную дверь, бросилась к зеркалу и чуть не потеряла сознание от ужаса: из зеркала на нее смотрело чудовище с опухшей физиономией зеленого цвета, на которой проступили огромные нарывы.
С таким лицом можно без грима играть в фильме ужасов – что-нибудь жизнерадостное из жизни ходячих мертвецов.
Наталья не грохнулась в обморок только потому, что поняла: если немедленно не прибегнуть к медицинской помощи, процесс пойдет дальше и станет необратимым.
Ей удалось вызвать «Скорую», причем голос ее был таким, что медики примчались через десять минут.
Еще через полчаса ее привезли в ожоговое отделение. Врач, в руки которого она попала, повидал на своем веку немало, но даже он признался, что видел подобное только в книгах