Трам-парам, шерше ля фам стр. 49
Небось целый день проспал! И нечего зевать, лучше бы помог сумки до кухни дотащить.
Тут Бейсик обратил внимание на сумки, и его сонливость как рукой сняло.
Он почувствовал божественный запах свежей рыбы, громко мяукнул и нырнул в сумку с головой. Снаружи остался только рыжий хвост, который раскачивался, как хризантема на клумбе.
– Ты что себе позволяешь! – возмутилась Надежда. – Прямо на моих глазах! Совсем обнаглел!
Она схватила так и не надетую тапку, пару раз огрела распоясавшегося кота, вытряхнула его из сумки, не обращая внимания на протестное мяуканье, с боем пробилась на кухню, затолкала спасенную рыбу в морозилку и только тогда перевела дыхание.
Нет, только попыталась перевести. После напряжения всех моральных и физических сил у нее неожиданно заболела поясница.
В этом, конечно, не было ничего удивительного: она только что дотащила тяжеленные сумки и вдобавок выдержала настоящее сражение с котом.
Надежда Николаевна охнула, плюхнулась на стул и страдальческим голосом воскликнула:
– Тамара!
Тамарой звали массажистку, которая спасала ее от болей в спине и пояснице. Надо сказать, Тамарины услуги стоили недешево, и Надежда позволяла их себе не чаще раза в месяц. В последнее время попасть на прием к Тамаре стало совсем непросто. Она нашла нескольких богатых клиенток, которых обслуживала на дому, прежних же своих клиенток принимала только в порядке одолжения, в самом крайнем случае и после долгих уговоров.
– Тамара! – повторила Надежда Николаевна, и неожиданно ее лицо просветлело: она вспомнила, что именно от Тамары слышала о поселке Солнечная Поляна. В этом самом поселке обитала одна из ее новых богатых клиенток.
Дело в том, что Тамара, как любая уважающая себя массажистка, парикмахер или косметолог, во время работы безостановочно молола языком. Она считала, что это входит в сеанс массажа в качестве бесплатного приложения. Причем говорила она исключительно о своих клиентах, главным образом о нюансах их личной жизни и материальном положении.
Само собой, то, что знала Тамара, быстро становилось достоянием широкой общественности. Все знали, к примеру, что одна ее клиентка купила виллу в Испании, что от ее дочери ушел второй муж, а сама эта мадам завела молодого любовника.
Надежда Николаевна такую болтливость не одобряла и сама во время сеансов старалась не говорить лишнего. Но сейчас именно Тамара могла послужить бесценным источником информации.
Надежда так обрадовалась, что победила склероз, что даже забыла о боли в пояснице. Но без этой боли нечего было рассчитывать на Тамарину благосклонность, и Надежда набрала номер массажистки и снова страдальчески скривилась и громко застонала.
– Алле, – раздался в трубке хрипловатый голос, – ты, что ли, Александра Ивановна? Ты чего стонешь? Тебе что, счет из стоматологии принесли?
– Нет, это Надежда Лебедева. – Надежда испустила особенно мучительный стон. – Тамарочка, выручай! Поясница болит – сил нет! Глаза на лоб лезут!
– Надя? – Тамара на секунду умолкла. – Что, здорово прихватило?
– Просто ужас! На стенку лезу!
– Прямо даже не знаю, что с тобой делать. Ладно, ты моя старая клиентка, так и быть, приезжай. До шести я свободна.
Через час Надежда Николаевна уже лежала на массажном столе, а Тамара разминала ее многострадальную спину.
– Ну и спина, – ворчала она, склонившись над Надеждой, – просто каменная! Можно ли так себя запускать? Надо же заботиться о себе!..
– Так ты же сейчас