Травяной венок. Том 2 стр. 42
сказал Марий, его брови сошлись на переносице, отчего он выглядел особенно свирепо. – Ты абсолютно некомпетентный идиот!
– Я отошлю тебя обратно в Рим! – заорал Лупус.
– Ты не сможешь послать и свою бабушку сделать десять шагов по дороге, – сказал Марий с презрением. – Четыре тысячи человек, которые за один день могли превратиться в хороших солдат, погибли, а в живых остались шесть тысяч голых беглецов, которых следовало бы выпороть! Не вини Гая Перперну, вини только самого себя! – Он потряс головой, хлопнув себя по дряблой левой щеке. – 0, мне кажется, как будто я вернулся на двадцать лет назад! Ты делаешь то же самое, что и остальные дураки-сенаторы, убивая хороших людей!
Лупус вытянулся во весь рост, который был не очень впечатляющим.
– Я не только консул, я главнокомандующий на этом театре военных действий, – сказал он надменно. – Ровно через восемь дней – сегодня, напоминаю тебе, июньские календы – ты и я, оба двинемся к Нерсам и приблизимся к землям марсов с севера. Мы пойдем двумя колоннами по два легиона в каждой. Есть только два моста между нашей позицией и Реатой, и ни один из них не пропустит более восьми человек, идущих в ряд. Поэтому мы и будем двигаться двумя колоннами. В противном случае, переход займет слишком много времени. Я воспользуюсь тем мостом, что ближе к Клитерне. Мы соединимся в Гимелле за Нерсой и выйдем на Валериеву дорогу перед Антином. Ты понял меня, Марий?
– Я понял, – сказал Марий. – Это глупость! Но я ее понял. А вот чего ты не понял, Лупус, так это того, что к западу от марсийских земель могут быть италийские легионы.
– Нет никаких италийских легионов к западу от марсийских земель, – заявил Лупус. – Пелигны, поймавшие в засаду Перперну, ушли обратно на восток.
Марий пожал плечами.
– Думай как хочешь. Но не говори, что я не предупреждал тебя.
Они выступили через восемь дней. Лупус шел впереди со своими двумя легионами, Марий следовал за ним, пока не наступил момент разделения и Лупус не свернул к мосту через быстрый ледяной Велин, раздувшийся от снегов. Когда колонна Лупуса скрылась из виду, Марий повел свои войска в ближайший лес и приказал разбить там бездымный лагерь.
– Мы двинемся вдоль Велина к Реате, а за нею по ту сторону реки находятся превосходные высоты, – сказал он своему старшему легату, Авлу Плотию. – Если бы я был хитрым италиком, намеревавшимся побить Рим в войне, я посадил бы на этот гребень своих самых зорких людей наблюдать за перемещением войск. Италики должны знать, что Лупус сидит в Карсеоли уже несколько месяцев, так почему бы им не ждать его наступления и не наблюдать за ним. Они сорвали его первую попытку. Теперь они ждут следующей, попомни мои слова. Поэтому мы останемся до темноты в этом прекрасном густом лесу, а затем ночью пойдем быстро, как только сможем, до рассвета, и потом спрячемся в другом густом лесу. Я не собираюсь выставляться на показ, пока они не переберутся по мосту на ту сторону.
Плотий, конечно, был молод, но достаточно зрел, чтобы участвовать в качестве младшего трибуна в кампании против кимвров в Италийской Галии. Он был прикомандирован к Катулу Цезарю, но как и все, кто участвовали