Требуется дворник стр. 28
все четыре стороны, — пригрозил Костя.
— За что? — поинтересовался Глебка, наполняя рот до отказа пирогом: идти на все четыре стороны надо сытым.
— А пирог у тебя получился, — похвалил Костя.
— Я старалась. Хочется тебе понравиться. Полностью.
— Ты сказала, не надо ничего преувеличивать.
— Не надо и преуменьшать, сказал ты.
— Я могу сказать и что-нибудь поважнее. Я…
— Что-нибудь еще о помстаршине, — перебила Катя. Казалось, она боится в данную минуту каких-то решительных с его стороны слов. А может быть, и не в данную минуту, а вообще боится их, не доверяет ему полностью, или не ему, а обстоятельствам. Из каких-то обстоятельств она только недавно вышла.
Костя и красивая в длинном красном платье Катя сидели друг перед другом, и между ними горели свечи — теперь в пироге, — иногда пуская коптящие струйки.
— Скоро у нас будет как в курной избе, — сказал Костя. — Тебе не кажется?
— Кажется.
— И мне тоже кажется, — отозвался Глебка.
— Да что вы говорите, Глеб Епифанович.
— Я не Епифанович.
Костя удивленно пожал плечами:
— Скажите, Екатерина Гайковна, чем я не угодил Глебу Киндеевичу? — Косте было так легче, это его стиль, его единство содержания и формы.
— Сам ты Киндей! — Глебка пылал от гнева.
— Да. Он здорово наелся, до румянца.
— Он опять вооружен, ты забыл?
— Тогда я сматываюсь. — Костя встал из-за стола, взял будильник, пошел надел куртку, сунул будильник в карман.
Катя тоже встала из-за стола и тоже сделала вид, что торопливо собирается.
— Я с вами, — сказал Глебка.
— Он с нами, как тебе это нравится?
— Мне не нравится.
— Я с вами-и! — Глебка заморгал, чтобы не заплакать.
— Ну, что — рискнем?
— Рискнем, — уступила, согласилась Катя. — Пусть будет с нами.
Глебка поспешно оделся. Он не хотел оставаться в дворницкой. Он боялся теперь одиночества. Хотел быть теперь с Катей и Костей. Постоянно.
Катя задула свечи. Копоть оторвалась от свечей и, волнисто выгибаясь, улетела к потолку.
Был приятный зимний вечер. Двое ребят самозабвенно играли в хоккей — лед уже окреп. Родителям было сейчас не до ребят, и ребята пользовались предоставленной свободой. Фонды посредине катка большому хоккею, как показала практика, не помеха: можно играть и без центра поля. Глебка постоял, посмотрел на большой хоккей, попробовал ногой лед — скользко, даже без коньков, — и снова вернулся к Косте и наблюдавшей за ним Кате.
Костя должен был сегодня, после инструктажа, проведенного участковым инспектором, проверить все домовое хозяйство. Костя, Глебка и Катя начали обходить подъезды: лампочки горели всюду, кроме одного подъезда. Костя сказал, что он только утром вкрутил лампочку и, наверное, она отошла в патроне. Взялся рукой за открытую дверь подъезда и ловко подтянулся, а второй рукой достал до лампочки и шевельнул ее. Лампочка загорелась.
— Трюкач, — сказал кто-то сзади. Это был старший дворник. — Я уже собирался идти за лестницей. Чердаки не проверяй, я проверил. Прибавится после праздника бытового мусора.
Костя промолчал.
— Разве можно так о Новом годе! — не выдержала Катя.
— Посидят, выпьют, намусорят больше обычного и разойдутся. Ты что-то засиделась тут, девка. Без надзору живешь.
Глебка вдруг сказал:
— Вы злой.
— Слежу за порядком. Что написано в «Положении о дворниках»? Пункт шестой — не допускать проживания и ночлега в подъездах, подвалах, чердаках и других нежилых помещениях…
— Она живет